-- Цезарь ждёт вас в своей ставке, - ответил Росций. - Следуйте за мной.
Он повернул коня и хлопнул его ладонью по шее, посылая вперёд лёгкой рысью. Проезжая мимо выстроившихся в боевом порядке когорт, он обернулся. Вид развёрнутого и готового к бою легиона не произвёл на германцев никакого впечатления, по крайней мере, видимого. Вожди даже не смотрели на солдат, словно тех и не было. Напротив, легионеры с нескрываемым любопытством разглядывали варваров и бросали в их сторону презрительные ухмылки.
Перед ставкой всадников задержали стоявшие в оцеплении солдаты преторианской когорты и потребовали сдать оружие. Германцы подчинились. Два центуриона в красных плащах собрали копья и мечи и небрежно швырнули их прямо на землю.
-- Проезжайте.
Цезарь стоял на высоком наскоро сколоченном постаменте, покрытом пурпурной тканью, положив правую руку на спинку резного трона из чёрного дерева. Этот трон в прошлом году привезли греческие купцы из Массилии и преподнесли ему в знак благодарности за оказанные городу услуги. Цезарь не особо благоволил к предметам роскоши, но отказать купцам означало обидеть их, и он принял подарок. Теперь трон пригодился. Перед постаментом собрались почти все легаты, вожди галлов и командиры отдельных частей, не было лишь тех, кто находился с войсками. Впереди, образуя длинный коридор, стояли знаменосцы, сжимая в вытянутых руках вексилумы и сверкающих позолотой легионных орлов. Когда германцы приблизились, они подняли штандарты над головами и резко опустили, вонзив древки в землю. Трубачи грянули торжественный марш, и сотня преторианцев одновременно вырвала мечи из ножен и взяла на караул. Росций сошёл с коня и присоединился к легатам; вожди германцев встали напротив. Подбежавшие рабы увели лошадей в загон.
Приветствуя германцев, Цезарь поднял руку, те сдержанно поклонились. Вновь появились рабы и поставили перед каждым вождём небольшой деревянный ларчик до краёв наполненный серебряными монетами. Рядом положили по отрезу белой ткани и нож в украшенных серебром ножнах. Германцы мельком взглянули на подарки, но опять же никак не проявили своих чувств.
-- Рад видеть вас, вожди тенктеров и усипетов! - заговорил Цезарь, когда трубы умолкли. - И хотя пришли вы в Галлию не по моему приглашению, а по собственной воле, с оружием в руках, - готов выслушать вас и помочь, если в том имеется необходимость!
Некоторое время германцы молчали, потом вперёд шагнул широкоплечий варвар с посеребрёнными сединой висками и слегка склонил голову, не отводя взгляда от помоста.
-- Наше оружие направлено не в сторону римлян, - заговорил он, ощупывая Цезаря цепким взглядом. - Если Цезарь решил, что мы пришли воевать - он ошибается. Нам не нужна война, мы лишь ищем свободную землю для поселения и просим Цезаря помочь нам, или хотя бы не мешать в этом. Мы покинули землю предков, потому что не в силах были из-за своей малочисленности противостоять мощному союзу свебов. Но кроме них мы никому силой не уступаем! Мы не привыкли обходить препятствия, мы уничтожаем их! И потому Цезарю лучше иметь нас союзниками, чем врагами!
Германцы вели себя как победители. Ещё не одержав победу, они уже угрожали. Гай Фабий, никогда не отличавшийся терпением, накрыл ладонью рукоять меча и шагнул к вождю, но Цезарь жестом заставил его вернуться на место.
-- Вторгнувшись в пределы Галлии, вы объявили мне войну. Если желаете, чтобы между нами был мир, вы должны немедленно вернуться назад и возместить ущерб, нанесённый менапиям и другим племенам. Лишь после этого я смогу обсудить ваши проблемы. Что касается союза с вами, то вряд ли меня это интересует. Что толку от союза с народом, который не смог отстоять собственные дома.
Вождь покачал головой. В стальных чуть прищуренных глазах мелькнули молнии.
-- Не те слова слышу я, Цезарь. Боль своего народа нёс к тебе на суд, веря в твою справедливость. Но, видимо, другие у римлян понятия о справедливости... Что ж, если слово не нашло отклика в твоём сердце, пусть дело решит меч!
-- Угроза - не лучший способ справиться с бедой. Или вы считаете себя сильнее Рима? Наша армия непобедима, и в этом на собственном опыте убедились не только галлы, но и германцы. Те самые свебы, что прогнали вас, в ужасе прячутся при нашем приближении!
-- О какой армии ты говоришь? О той жалкой кучке, что стоит поперёк дороги? Одна моя дружина сметёт её и не заметит! И не потому ли ты преподнёс это подношение, чтобы задобрить нас?! - вождь пнул ларчик и монеты со звоном рассыпались по траве.
Кто-то из рабов бросился подбирать серебро, но Публий Красс схватил его за тунику и отшвырнул в сторону.
-- Эти подарки, - Цезарь пальцем указал на расколовшийся ларец, - я преподнёс вам в знак дружбы и своего благоволения. Но, как я понял, вы отказываетесь от них? - он задумчиво потёр подбородок. - Хочешь увидеть мою армию, вождь? Что ж, я покажу тебе её!
Он сел на трон и положил руки на подлокотники.
-- Германцы опасны сами по себе. И сто раз правы люди, что советовали мне уничтожить вас, едва вы перешли Рейн. Но я хотел уладить дело миром... Росций, сигнал!
