Дрема вообще оказалась в уникальной ситуации. Никакой другой Капитан в истории Отряда не имел такой свиты бывших Капитанов, заглядывающих ему через плечо. И хотя никто из нас не вмешивался и даже не предлагал непрошеных советов, Дреме постоянно казалось, будто ее постоянно оценивают перед всеми нами – достойна ли она быть Капитаном. И мы ее, разумеется, оцениваем, хотя, как добропорядочные старые дамы, делаем это лишь у нее за спиной.
– Поскольку все, кроме кашеваров и конюхов, уже собрались, полагаю, я могу начать… Нет, здесь Тобо. И он расскажет лучше меня. – Она все свалила на парня, едва ее взгляд упал на него. Вот ведь зараза…
Глаза Тобо сфокусировались. Он закрыл их, сделал глубокий вдох и заговорил:
– Тени выслеживали Гоблина и Бубу, насколько это было в их силах, потому что это тяжело, даже когда мы знаем, по какой дороге им придется идти. – Сейчас он представлял весьма жалкое зрелище – привязанный к летательному шесту Ворошков и так перемотанный повязками и шинами, что мог пользоваться лишь одной рукой. – Они передвигаются внутри своеобразного облака тумана из.., как бы это лучше сказать.., божественного мрака и обмана. Однако, зная их маршрут, я смог отправить Черных Гончих засеять их путь раковинами улиток, и мне повезло. Кое-кто из невидимого народца подслушал спор между Гоблином и девушкой. – Его негромкая речь лилась быстрым потоком, и слушатели невольно подались вперед, храня тишину.
Тобо сделал паузу. При обычных обстоятельствах я заподозрил бы, что для эффекта. Парень любил спектакли. И теперь сделал мрачное объявление:
– Тварь внутри Гоблина знает Книги мертвых наизусть. И как только Дщерь Ночи запишет их на бумаге, они планируют начать ритуал начала Года Черепов.
Лиса в курятнике! Проклятье!
Несколько минут Дреме пришлось успокаивать аудиторию. Тобо воспользовался передышкой, чтобы отдохнуть. Когда относительное спокойствие установилось, он добавил:
– Все не так плохо, как кажется. Запомните – их всего двое. Если мы убьем хотя бы одного, оживление не состоится. До конца нашего столетия и дальше. И я, как и любой, кто работал с Анналами, могу подтвердить, что написание книги отнимает очень много времени. Даже если ее просто копировать. А я видел Книги мертвых перед тем, как Дрема их уничтожила. Они были огромными. И Дщери Ночи необходимо переписать их без ошибок. Поэтому немедленная катастрофа нам не грозит, хотя мы столкнулись с проблемой, которую никогда не предвидели.
– Если кто-то из твоих приятелей смог подобраться настолько близко, чтобы все это услышать, – вмешался я, – тогда ты наверняка знаешь, где они. И мы можем устроить им засаду. – Госпожа и Ревун уже наверняка копались на затянутых паутиной чердаках своей памяти, пытаясь вспомнить некую древнюю уловку, с помощью которой Гоблина и девушку можно будет отвлечь, дезориентировать, ошеломить и уничтожить. Или просто обезоружить – как в случае с моей ненаглядной. Будучи реалистом и прагматиком, она тем не менее тешит себя слепыми иллюзиями, что заблудшую доченьку можно вернуть к мамочке. Хотя она, разумеется, никогда этого не признает.
– Ладно, мастер стратег и архитектор уничтожения зла Хозяев Теней, скажи-ка мне, как ты устроишь засаду на того, в кого влюбишься раньше, чем она подойдет на расстояние арбалетного выстрела? – поинтересовался Тобо.
– А парень прав, – подтвердила Госпожа, выжидательно поглядывая на меня.
– Но ведь твой шпион в улиточной раковине в нее не влюбился, верно? Он просто сидел там и подслушивал, пока не решил, что пора мчаться к тебе с новостями.
– И?..
– Значит, на Неизвестных Теней чары Дщери Ночи не действуют. Или нет?
– Они не могут причинить ей сильного физического вреда.
– Кто? Скрипун не может? Черный Панцирь? Эта огромная прыгающая утка? Ты что, издеваешься?
– Нет, честно.
– Так им ведь это и не нужно. Главное для них – изматывать ее. Не давать ей спать. Сводить ее с ума. Подталкивать под локоть, когда попытается писать. Короче, оправдывать дурную репутацию, заработанную в Хсиене. Пусть они мочатся ей в чернильницу. Прячут перья для письма. Заливают написанное всякой дрянью. Делают так, чтобы еда у нее протухла, а молоко прокисло.
– И не дают ее мужу исполнить супружеские обязанности в брачную ночь, – рявкнула Дрема. – Ты забрался слишком далеко в будущее, Костоправ. И, возможно, выбрал не ту мишень. Ведь это у твари Гоблина хранятся Книги мертвых в его уродливой тыкве на плечах. Возможно, он сумеет обойтись и без Дщери Ночи. Зато я уверена, что она без него обойтись не сможет.
Довод, достойный размышления.
– И он, и она есть лишь эфемерные орудия, – объявила вдруг Сари бесцветным пророческим голосом. – И он, и она могут быть заменены. Со временем. До тех пор, пока Кина не перестанет повторять такие попытки, исходящая с равнины угроза останется.
Все сразу посерьезнели.
И уставились на мать Тобо, включая самого раненого парня. В поведении Сари было нечто зловещее, словно кто-то овладел ею и говорил ее устами.
