— А-а, скажи мне кто твой друг, и я скажу, кто ты?! У меня есть приятельницы, есть подруги, с которыми дружу много лет, некоторые замужем, с их мужьями у меня тоже хорошие отношения, но… — мне хочется соблюсти паритет, — … моя лучшая подруга — сестра.
— Старшая или младшая?
— Старшая. С разницей в шесть лет. У нас близкие отношения, хотя мы совершенно разные. Мы здорово поддерживаем друг друга. Она у меня героиня — родила второму мужу ребенка, хотя в первую беременность чуть не умерла: дочка родилась здоровой, а Света была трое суток без сознания между жизнью и смертью, страшно нас напугала. Никто даже представить не мог, что она решится на второго ребенка.
Сергей слушает меня и внезапно усмехается. Видит, что я замечаю его неадекватную реакцию и поясняет:
— Вспомнил, как одну девчонку к роддому подвозил. У ее сестры начались роды, и что-то было не в порядке. Девочка перепугалась, устроила истерику в машине скорой помощи. Ее высадили, и эта ненормальная не нашла ничего лучше, чем броситься мне под колеса. Орала, как резаная. Пришлось ее подвезти.
— Ненормальная, говоришь, — завожусь я с пол-оборота. — А человек, который ставит на торпеду уродского джокера с перекошенной мордой, нормальный?
Мы ошалело смотрим друг другу в лицо. Лишившись дара речи, растерянно моргаем.
Пауза затягивается надолго. Наконец, Сергей отмирает.
— Вообще, это была не моя машина, — сглатывая произносит он, — поэтому и болванчика я снимать не стал. Ты будь поосторожнее, в такой ситуации девять из десяти водителей тебя бы раздавили.
— Значит мне повезло, что попался десятый… Знаешь, позже осознала, что спешить мне было незачем, но в тот момент я совершенно ничего не соображала.
— Кстати, именно вечером того дня я зарегистрировался на «Мамбе». Подумалось, раз девушки бросаются мне не в объятия, а под колеса, надо что-то менять.
— Значит ты опытный пользователь, — отмечаю я.
— А ты как давно на «Мамбе»?
— Я в первый раз… в смысле… зарегистрировалась недавно, и ты первый, кому я ответила.
Смущаюсь так, словно призналась, что я до сих пор девственница, и поскорее меняю тему:
— А почему ты был на чужой машине?
— Моя была в сервисе, а приятель как раз попросил покататься, оценить машину, которую он недавно купил.
— Ты хорошо разбираешься в автомобилях? — он кивает, не развивая тему.
— Часто меняешь тачки?
— Раньше часто менял, интересно было попробовать новое. Потом успокоился.
— И какая у тебя сейчас машина?
Он бросает на меня быстрый оценивающий взгляд, называет марку и модель, о которой я и слыхом не слыхивала. И зачем спрашивала? Я же в автомире ни бум-бум. Но меня смущает то, что на важную, казалось бы, для него тему, он говорит как-то неохотно. Иду напролом и делаю комплимент:
— Я даже в состоянии аффекта заметила, что ты очень хорошо ведешь машину.
Сергей кивает, принимая мою высокую оценку, и как будто раздумывает, стоит ли развивать эту тему. Решается:
— Одно время был стритрейсером.
— О-о-о! Расскажи!
— Что рассказывать? Фильмы об уличных гонках, наверное, видела, сводки ГИБДД тоже. На одной чаше весов адреналин, сладкий вкус победы, денежный приз, иногда немалый — шальные деньги, которые спускаешь за ночь. На другой — разбитые дорогие тачки, увечья и смерть. Не занимаюсь больше этим — вылечился. Попал в аварию, причем не сам был в ней виноват, сломал руку и несколько ребер. Когда ко мне в палату пришла мать, поклялся ей, что завяжу — никогда в жизни не видел ее в таком состоянии. Можно сказать, отделался малой кровью. Достаточно часто стритрейсеры так и заканчивают — приходят в себя во всех смыслах слова в больничной палате. Но бывает и по-другому. Одного приятеля я похоронил.
Очень странный у нас вышел разговор для первого свидания. Но после него у меня возникает ощущение, что нас связало что-то важное, потаенное, сокровенное.
Сергей расплачивается, резко отвергнув мое предложение разделить счет. Когда выходим на улицу, разумеется, предлагает подвезти. Я прошу проводить до метро.
— Опасаешься? — подначивает он, намекая на недавний разговор.
Нет, наоборот, мое доверие к нему, как к водителю, только возрастает. И, не смотря на Светины предостережения, как человеку, как мужчине, я ему тоже доверяю. Почему отказываюсь садиться в машину? Не знаю. Допустим, хочется прогуляться. Вечер хороший…
После свидания наше с Сергеем общение покидает территорию «Мамбы».
Мы переписываемся в мессенджере и созваниваемся достаточно часто. Мне действительно хочется узнать о нем как можно больше. И ему обо мне, кажется, тоже.
Я лезу в интернет, забиваю в поисковике модель и марку его авто. Если я правильно их запомнила… машина стоит как крыло от самолета.
Может, здесь что-то нечисто? При встрече надо будет прояснить ситуацию. Есть причина задать откровенные вопросы, способ их задать я тоже придумала.
В субботу отправляемся в ресторан. Тут уж мне приходится принарядиться. Заведение недешевое, но, к счастью, не помпезное.
Сергей встречает меня у входа с шикарным букетом красных и белых роз. Входим в ресторан под руку, чинно, как в зал королевских приемов.