«Хорошо бы в училище оказалось общежитие, нормально учиться среди толпы орущих детей точно не выйдет», – мечтал Эрни, прохаживаясь по палубе.
Он только что оттарабанил шестичасовую смену на ногах, принял душ, перекусил и сейчас тратил драгоценные часы отдыха на прогулку. Уже через пять часов ему снова спускаться в кишкодерню и потрошить селедку, будь она неладна! Но ему вдруг очень захотелось постоять на палубе и подышать свежим воздухом.
Море в этот день было удивительно красивым, свинцовым, по-осеннему мрачным.
Парень ненадолго отвлекся, думая о предстоящем возвращении на берег, а затем снова посмотрел на горизонт.
И вдруг прямо перед кораблем заметил здоровенную белую лепешку, напоминающую огромную льдину. Если это айсберг, то какой-то странный – совсем плоский и больше напоминающий воронку. Эрни мог поклясться, что еще пять минут назад белой лепешки на воде не было.
Капитан тоже заметил препятствие и попытался обойти странную льдину, но не успел развернуть тяжелое судно.
Груженый траулер вошел носом прямиком в неопознанный объект. Эрни инстинктивно вцепился в ограждение, ожидая удара, но никакого толчка не последовало.
Вдруг от носа корабля по всей палубе пополз странный белый налет, словно траулер стал промерзать и покрываться инеем. Налет двигался так быстро, что Эрни даже не думал убегать. Да и куда можно убежать в открытом море?
Иней мгновенно покрыл весь корабль, словно проморозил его насквозь.
Белым панцирем покрылся здоровенный трал, абсолютно белой, словно стеклянной, стала толстая сеть, все судно мгновенно преобразилось, словно его окунули в банку с белоснежной краской.
На палубе траулера у ограждения застыла фигура молодого рабочего.
Его рот открылся в безмолвном крике, руки судорожно сжимали железные прутья, и издалека он напоминал каменную статую в блестящем облачении. Только глаза у статуи были живые, сосуды на белках полопались, но бедняга Эрни не мог позвать на помощь: горло сдавило твердым панцирем.
Рыболовецкое судно по инерции продолжило движение, вспарывая, как консервным ножом, серую гладь воды.
Со стороны корабль походил на огромный белоснежный айсберг.
Старая ванна с бешеной скоростью неслась по железному желобу, измазанному скользкой глиной.
Поза Майка была максимально неудобной, ноги закрывали уши, а где поместились руки, он уже не понимал.
В какой-то момент парень почувствовал сильный толчок в спину и понял, что до удара сидел вполне комфортно. А вот сейчас у него точно треснет позвоночник. Тело приняло изломанную позу, не характерную для здорового человека, а все из-за того, что Жюли тоже запрыгнула в ванну.
Сестра его лучшего друга Марка выполняла роль разгоняющей, и именно ее заслуга была в том, что старая лоханка перешла на сверхзвуковую скорость. Мощное тело Жюли (а сестренка Марка весила центнер) полностью вдавило Майка в сидящего впереди Марка.
«Я взрослый мужик, ветеран боевых действий и вообще серьезный парень… Что я делаю в старой ванне на глазах толпы ликующих зрителей?» – эти мысли промелькнули в голове Майка за считаные секунды, пока посудина с невероятной скоростью неслась по грязевому желобу, как выпущенный из пушки снаряд.
Шаткая конструкция желоба тряслась, по бокам ванны летели искры, фонтаны жидкой грязи залепили лицо, еще немного – и вся троица насмерть расшибется, не долетев сотню метров до спасительного финиша.
И виновник всей дурацкой ситуации – его лучший друг Марк! Этот ненормальный мутант втравил всех друзей и родню в очередную сомнительную авантюру.
Когда ничего не подозревающий Майк приехал на планету Грязь с единственной целью – спокойно провести отпуск в местных кабаках, выспаться, отдохнуть и набраться сил, мутант поставил его перед фактом:
– Ты записан в команду бобслея, соревнования через неделю.
– Какие соревнования? – не понял Майк.
– Ты что, не в курсе?! А, ну да, мы же не виделись три месяца. Сотые юбилейные Олимпийские игры! Здесь, на Грязи. Мы не можем такое пропустить!
Майк любил смотреть спортивные соревнования в родной галактике и прекрасно знал, что такое бобслей. Тренированные спортсмены в красивых костюмах разгоняли боб, ловко запрыгивали в него и неслись с невероятной скоростью по ледяному желобу.
Льда на планете Грязь отродясь не было, и зная все особенности жизни мутантов, ничего хорошего от Олимпийских игр ждать не приходилось.
– Мы же не спортсмены, – осторожно начал Майк.
Совсем послать Марка в пень с его безумными затеями он не мог.
Во-первых, мутант – его лучший друг, а во-вторых, тот безропотно лез в любую жопу ради самого Майка и спасения его галактики. Даже свой медовый месяц Марк провел в поисках Красных всадников, терзающих несчастных горожан, а не с молодой женой.
Так что Майк перед другом в неоплатном долгу на многие годы вперед.
– Да брось! – беззаботно махнул рукой Марк. – Это у вас там дурацкие порядки. Здесь все по-другому, может участвовать любой желающий.
Кто бы сомневался!
– Но у нас нет оборудования…
– Придумаем что-нибудь, жестких требований нет. Жюли сейчас занимается этим вопросом.
