Дядька Тарас познакомил меня со своим свояком Димитрием. Тот, выслушав просьбу свести меня со скупщиком, пообещал помочь.
- Сейчас, только разгрузимся, а там я вас мигом до Санька отведу.
Они закидывали мешки с шерстью на спину и таскали куда-то вглубь рынка. Затем пришла очередь ящиков. Тут уж они брали его с двух сторон и несли. Вскоре телега опустела, забрав последний ящик, Димитрий вернулся назад один, без дядьки Тараса.
- За покупками пошёл, - пояснил он. – А я вас сейчас к Саньку сведу. Только вы это, поаккуратнее там с ним, человек он не простой, - предупредил Димитрий.
Велев парнишке присматривать за лошадью, он повёл меня вдоль торговых рядов. Вскоре мы подошли к большому сараю, у двери которого, подпирая плечом стену, стоял мужик бандитской наружности.
- Хозяин у себя? – спросил у него Димитрий.
- А тебе зачем? Аль купить что хочешь, - загоготал тот.
- Я нет, - замотал тот головой, - вот знакомую привёл. Хочет бабушкины вещи пристроить.
- Ну, если знакомая, то проходи, - ухмыльнулся детина.
Димитрий было шагнул к двери, но крепкая загорелая рука преградила ему проход.
- Я не тебе сказал: проходи, а ей, - пояснил детина.
Я шагнула внутрь, остановившись на пороге, чтобы дать глазам привыкнуть к царившему тут сумраку. Осмотревшись, поняла что попала на склад. Всё свободное пространство этого помещения занимали ящики, бочки, мешки.
- Иди вперёд, увидишь дверь, постучи, - сказал мне в спину детина, выполняющий роль охранника и по совместительству - швейцара.
Найти дверь!
Я шагнула вперёд, аккуратно обходя насыпанные кучами вещи. Какой тут беспорядок!
Дверь нашлась в самом конце длинного ангара. Я постучалась, в ответ послушалось что-то неразборчивое. Почитав это за разрешение войти, я открыла дверь.
Кабинет хозяина был захламлён не меньше склада. Вещи лежали всюду, за ними я даже не сразу заметила его самого, засмотревшись на выставленные вдоль стены картины. Замечательные пейзажи, было странно увидеть их тут.
- Чего надо?
Грубый оклик заставил меня вздрогнуть и оглянутся.
- Вот, на продажу принесла, - я протянула свёрток, что всё время это прижимала к груди.
- Что там у тебя? Выкладывай, - кивнул он на край стола, за которым сидел. – И ходют, и ходют…
- Вот, - я выудила их свёртка подсвечник, затем ещё один, выискивая свободное местечко на столе, который тоже был завален всякой всячиной.
Мужик почти не глядя назвал сумму, сущие копейки.
- Что там у тебя ещё? Такой же хлам?
Я достала бронзовую вазочку и поставила её к подсвечникам. У хозяина кабинета особого интереса она тоже не вызвала.
- У тебя всё?
Достала серебряную вилку, при виде неё мужик немного оживился.
- Где взяла?
- Наследство от бабушки.
- Это всё или может ещё что есть?
- Может и есть, зависит от того, какую цену назовёте!
Он поднял глаза и глянул на меня с интересом.
- Смелая! А если в цене не сойдёмся?
- Другим отдам, - пожала я плечом.
- Так на рынке никто у тебя ничего не возьмёт, все знают, что товар только через меня проходит.
- По домам пройдусь. По тем, что побогаче.
- Ты глянь на неё! – цыкнул он, мужик. В его голосе послышалось что-то вроде восторга.
- Ладно, показывай, что там у тебя ещё. Да не бойся, не обижу!
Я достала из кармана мешочек с простенькими украшениями и передала его мужику. Тот высыпал побрякушки на ладонь, покрутил, подставляя под падающий из окна луч света.
- Цацки явно старинные, не соврала про бабушку.
Я в ответ только хмыкнула.
- Разбираетесь?
- Приходится, - ответил он.
- Сколько за это даёте?
Он пожевал губами, посмотрел на меня, на украшения и назвал вполне приемлемую сумму. Я рассчитывала даже на меньшее.
- Согласна, - кивнула я.
Мужик молча отсчитал монеты, наблюдая, как я прячу их в карман, а потом заговорил снова.
- Так что, большое ли у бабушки наследство?
- А вам зачем?
- Сдаётся мне, ты самую малось сюда принесла. Ладно, не тушуйся, сам бы так сделал. Смекалка в тебе, вижу, есть. Да и сюда одна прийти не побоялась.
- Так вы вроде не такой уж страшный. Как зовут-то хоть вас? А то разговариваем, а как обратиться – не знаю.
- Саньком кличут.
- А отчество? По батюшке как?
- А тебе зачем?
- Так вы вроде уважаемый человек, авторитет, можно сказать, а Саньком кличут. Не солидно как-то.
- Михалыч я.
- Так вот, Александр Михайлович, наследство мне бабушка оставила достойное, правда, продавать я его пока не собираюсь. Так, он ненужного избавилась. Но есть у меня на продажу ещё кое что. Вот только не знаю – возьмёте ли.
Я видела, как по мере нашего разговора, глаза Санька загорались всё большим любопытством.
- Что там у тебя ещё? – подался он чуть вперёд, не сводя глаз с похудевшего свёртка.
Я достала один из мешочков с солью и протянула ему.
Он нетерпеливо развязал тесёмку, заглянул внутрь, облизнул палец, подцепил несколько белых кристалликов и отправил их в рот.
- Соль!
- Да, соль. Чистейшая!
Он покатал соляные крупинку в пальцах. Нахмурился.
- Соль больше из-за гор привозят, но она совсем другая. Такую как у тебя я первый раз вижу. Где взяла?
- А если я скажу, что сама добыла, там ещё много такой и будет ещё больше.
