— Сектумсемпра! — заклинание настигло одного из солдат. Он упал на пол, корчась от боли.
— А ты что стоишь? Убить их! — Гринт подтолкнул генерала. Драко видел непонимание в лице Люциуса. Почему Фил командует своим отцом?
— Авада кедавра! — зелёный луч ударился в стену, у которой секунду назад стоял Малфой старший. Гринтелиус снова начал пускать убивающие заклинания.
Драко откинуло на один из многочисленных шкафов. Один из лучей солдат ударил парня прямо в живот. На него посыпались книги.
— Петрификус тоталус! — солдат упал на пол и больше не шевельнулся.
— Авада кедавра! — заклинание Люциуса ударило ещё в одного солдата.
— Бестолочи! — яростно крикнул Фил. — Авада кедавра! — Драко едва увернулся от луча.
— Редукто! — Гринт тоже отпрыгнул в сторону.
— Остолбеней! — реакция подвела Драко и он ещё врезался о входную дверь. Его рука неприятно хрустнула, когда тот приземлился на пол. Собрав остатки сил, слизеринец выставил палочку вперёд.
— Не думаю, что это будет верное решение, — забавлялся Фил, указывая на Люциуса. Генерал держал Малфоя старшего за шкирку, приставив к его горлу нож. Палочка волшебника валялась в метрах пяти от него.
— Не смей, — прошипел Драко, пытаясь встать. Ноги предательски дрожали.
— Мне кажется, Дракоша, не в твоём положении мне указывать, — лицо Фила странно дёрнулось. — Какие вы все глупые, — прибавил он, улыбаясь. Его лицо исказилось. Глаза поменяли цвет с карего на голубой. Рот стал шире. Тёмные волосы приняли светлый окрас.
— Что с тобой? — Драко с трудом поднялся на ноги, одной рукой держась за дверь.
— Ах, это? — он беспечно пощупал себя по лицу. — Главный минус оборотного зелья — его не хватает надолго.
— Ты не Фил. Фил уже мертв, — осознал Драко.
— Ты же его видел, балда. Я думал, сразу догадался, — лицо парня полностью преобразилось. На вид ему было не больше двадцати лет. Светлые волосы свисали почти до плеч. Голубые глаза искрились безумием. Острый подбородок придавал лицу особый шарм. Парень был весьма красив, если бы не этот сумасшедший взгляд. — Бедолага всего денёк не дожил до вашего появления. А ведь до этого держался молодцом.
— Но за что? — Драко вспомнил ужасную картину. Фила, болтающегося на петле.
— Он не слушал своего отца, — Лжефил указал на генерала. — Но что более важно, он не слушал меня.
— Кто ты чёрт возьми? — Малфой сжал палочку крепче. Двое солдат, оглушённых ранее, начали приходить в себя.
— Я не брат этому сосунку, не думай, — он манерно махнул рукой в сторону камеры, в которой висел Гринт. — Я твой брат.
— Тебя головой в детстве били что ли? — Драко чуть не расхохотался от его заявления. — Какой ты мне брат? Я — единственный ребёнок в семье.
— А ты уверен в этом? — новоиспечённый брат Драко подошёл к Люциусу и схватил того за волосы. — Уверен, что этот утырок тебе всё рассказывал?
— Отец? — слизеринец с вопросом и в то же время с надеждой посмотрел на отца.
— Нет, Драко. Всё не так, как ты думаешь, — затряс головой мужчина.
— Всё не так, как ты думаешь, — наигранно писклявым голосом передразнил его якобы Фил. — Имя Виолетта тебе о чём-то говорит?
Люциус резко дёрнулся. На его лице появился отпечаток ужаса.
— Кто она такая? — Драко не знал на кого смотреть. — Отец, кто она такая? — уже требовательнее спросил он. Люциус молчал.
— Это моя мать, придурок, — блондин откинул длинные волосы назад и собрал их в небольшой пучок. — Помнишь зимние каникулы, папочка? Помнишь? — он потянул Малфоя старшего за волосы, заставляя выгнуться. Парень походил на сумасшедшего.
— Да, — прохрипел Люциус. — Драко не виноват. Отпусти их, прошу, — умолял он.
— Я так не думаю, — Лжефил отпустил его голову. — Ещё как виноват. У него был отец. У него была семья, — прошипел он, подходя ближе к Драко.
— Да что происходит? — слизеринец начинал закипать.
— Зима. 1979 год. Ты приехал праздновать новый год в Шотландию. Помнишь? — на последних словах голос блондина сорвался, переходя на визг. Люциус молчал. — Наивную девчушку из соседней деревушки ты тоже помнишь? Виолетта. О, она была хороша, — юноша снова вернулся к Малфою старшему. — Ты сразу это заметил.
— Отпусти их, — снова взмолился Люциус, но парень продолжал, не обращая внимания на его слова.
— Ты запудрил ей мозги. Ты воспользовался ей, а потом просто бросил! — закричал он, опрокидывая небольшой шкаф. Книги посыпались на пол.
Блондин закрыл лицо руками, но через секунду убрал их. Лицо его было искажено от ярости. Глаза горели, губы дрожали. Но парень улыбался. Улыбался, как самый счастливый человек на земле. Он подошёл к котлу с кипящим зельем и начал его помешивать.
— Ты уехал обратно, даже не подумав о ней. А она ведь тебе писала. Умоляла вернуться. Писала, что родился я! — его рука дёрнулась. — Ты ответил лишь раз. Ты написал «Забудь. Не хочу тебя знать.».
Он вытащил из внутреннего кармана пиджака маленький клочок бумаги. Он был довольно старый и весьма помятый. Блондин кинул её к ногам Люциуса.
