- Какого хрена ты орешь, сука?! – резким движением парень накрыл её рот своей рукой. Другой он замахнулся и ударил девушку в живот. Она замычала. Из глаз посыпались искры, Гермиона согнулась пополам. От падения её удержал тот же слизеринец. – Не смей больше поднимать шумиху. Хочешь, чтобы к нам присоединились ещё несколько человек? Тебе нравится, когда тебя имеют несколько парней сразу? Ну, так я могу это устроить. Но для начала, ты всё сделаешь для меня, для меня одного, - он шептал ей на ухо. – Ты покажешь мне всё, что умеешь. Ты умеешь ублажать мужчин? А, грязнокровка? Этому не учат в глупых книжках, что ты вечно читаешь. Ну, ничего, - он погладил её по щеке. – Я тебя научу.
Грэхэм сорвал с неё мантию и бросил в сторону. Белая рубашка, мгновение назад застегнутая на все пуговицы, полетела вслед за ней. Горстка тех самых пуговиц с шумом упала на пол, потерявшись в темных коридорах ночного Хогвартса.
- Нет, пожалуйста, нет, - охрипшим голосом Гермиона умоляла парня остановиться. Она пыталась брыкаться, толкать его руками, но всё без толку. Причард был сильнее. Он походил на кота, загнавшего свою добычу в тупик. Он игрался с ней, растягивая удовольствие. Слизеринец никак не реагировал на мольбы девушки. Его голову затуманила слепая похоть. Он просто хотел её.
Грэхэм оторвал гриффиндорку от стены и толкнул в середину коридора. Обессилевшая Гермиона упала на колени, еле удержавшись руками, чтобы не свалиться полностью. Парень наклонился к ней и схватил за волосы.
- Если бы ты не сопротивлялась, всё было бы куда безболезненнее, знаешь? – обезумевший слизеринец повалили её на спину и навис сверху. От сильного удара головой о каменный пол, всё перед глазами девушки поплыло.
- Нет, не надо, не надо, - Гермиона продолжала шептать, голос был еле слышим. Последнее, что она увидела, это какую-то тень, стоявшую прямо над ними. Потом она услышала глухой стук. И темнота.
***
Патрулирование коридоров, что может быть скучнее? Тем более, прямо на следующий день после праздника. Драко с утра был сам не свой. Вчерашние события сказались на нём сильнее, чем ожидалось. Он бросил Гермиону. Бросил одну. Оставил стоять в коридоре, не в силах побороть себя. Не в силах признать свою слабость. Не в силах сопротивляться принципам, преследовавшим его всю жизнь. Драко испугался реакции своих друзей. Кто будет уважать его, если он позволит себе водиться со всякими грязно…? Маглорождёнными.
Мысли, сомнения, подобно рою пчёл, преследовали парня весь день, не давая отвлечься ни на минуту. Сегодня слизеринец был особенно молчалив. Даже друзья это заметили. Больше всего по этому поводу любила высказываться Паркинсон, обвиняя того в нехватке внимания.
Скажи спасибо, что оно у тебя вообще есть.
Из головы не уходила совсем другая девушка. Упрямая, глупая девчонка с уродски пышными волосами. С ужасно нескладной фигурой. И с отвратительно сладкими губами. Малфой невольно облизнул губы. Будто надеялся ещё раз почувствовать тот самый вкус. Вкус их медленного танца, их короткого слепого свидания. Конечно, его давно там нет. Перед глазами мелькал образ Гермионы в том самом платье. Как невыносимо хотелось коснуться её плеча. Как бы случайно опустить лямку платья. Потом вторую. Чтобы она игриво улыбнулась и взлохматила его светлые волосы, одарила своей улыбкой.
А потом мы бы поженились. У нас было бы трое детей. И жили бы мы долго и счастливо. Так? Так ты хочешь? Слащавый счастливый конец для двух безнадежно влюбленных? Да какая нахрен любовь? Какие чувства? Разве что обоюдная неприязнь. Опустись на землю. Она не достойна тебя. Она не сделает тебя счастливым. Никто не сделает.
От злости и отчаяния Драко ударил кулаком по стене. Паркинсон вскрикнула от неожиданности.
- Ты меня напугал! Совсем идиот? – лицо девушки немного побледнело.
Малфой проигнорировал её возгласы и пошёл дальше. Через минуту он остановился. Пэнси, со всех ног бежавшая за ним, врезалась в его спину.
- Ай, ты чего?
- Ты слышала? Кто-то кричал, вроде, – Драко смотрел вперёд. Все чувства ушли на второй план, парень сосредоточенно вслушивался в тишину.
- Что слышала? – Паркинсон смотрела в том же направлении, пытаясь хоть что-нибудь разглядеть.
- Пошли, - слизеринец прибавил шаг. Недовольно замычав, девушка поспешила за ним. Тихий шёпот. Послышался громкий стук. Кто-то упал. Старосты остановились.
- Наверное, кто-то из наших опять напился и не может дойти до двери, - Паркинсон закатила глаза. Ничего не сказав, Малфой двинулся в сторону шума. Почему то у него было плохое предчувствие. Иногда с ним бывало такое. Какое-то внутреннее ощущение, что происходит нечто плохое. Слизеринец напрягся, на всякий случай, взяв палочку в руку.
Пройдя метров двадцать, он увидел нечто на полу. Подойдя ближе, слизеринец узнал Грэхэма. У парня давно было нездоровое пристрастие к алкоголю. Слизеринец не умел пить, но и прекращать не собирался. Поэтому староста был не особо удивлён, в очередной раз найдя того валяющимся на полу.
