Всего полчаса не хватило времени, чтобы подать этот рассказ на конкурс. А может и не стоило? Как вы думаете?
– Детективом решил заделаться?! – с неожиданной злостью выкрикнула Любаша и решительно загородила своим хрупким телом выход с кухни. Григорий Лещинский свою жену никогда не боялся, но сейчас нехотя снова уселся на табурет. Ему захотелось объяснить мотивы своего предполагаемого поступка. Но сразу нужных слов не находилось.
– Видишь ли, мне этот несчастный случай кажется очень странным….
– Да у тебя совсем мозги перестали соображать от переизбытка алкоголя в крови! – с ядовитым сарказмом прервала его супруга. – Ему кажется!!! Крестись, если кажется! И не лезь не в своё дело! Без тебя милиция разберётся!
– Как же! Разберётся! – возмущённо фыркнул Григорий. – Да они даже никого и не опросили из окружающих! Для отмазки глаз порасспрашивали нескольких забулдыг, да и укатили на день рождения своего коллеги. Я сам слышал как они переговаривались….
– Значит для них всё ясно и просто! Никаких сомнений.
– Зато у меня сомнений хоть отбавляй! Да и другом мне Федько был….
– Другом?! – Любаша демонстративно рассмеялась. – Первым треплом и обманщиком он был!
– Про покойника плохого не стоит говорить! – повысил голос Григорий. – Он хоть и преувеличивал много, но в душе был человеком добрым, легко ранимым. Старался всегда быть спокойным, солидным, уравновешенным.
– Ага! Солидным в особенности! Поэтому и рассказывал, что его мать полковник в отставке, а отец секретный физик. Впоследствии оказалось: мать – уборщица в солдатской столовой; отец – ночной сторож стеклотары.
Григорий Лещинский грустно улыбнулся на возмущённые воспоминания жены, выдвинул из-под стола вторую табуретку и сделал приглашающий жест рукой.
– Рыбка! Садись! И не заводись так! Я ведь получше тебя знаю тяжёлую жизнь Фёдора. Очень уж хотелось ему быть как все благополучные люди. Оттого и фантазировал. Когда его первая жена бросила и с ребёнком сбежала, он чуть на себя руки не наложил. Переживал слишком. А уж когда и вторая с ним то же самое отчебучила, вот тогда то он и сломался. И начал «понтоваться»: «Жён я по заграницам отправил и только деньги им на жизнь и учение детей отправляю». Он даже мне ни разу не пожаловался на этих шлюшек. Может надеялся на возвращение хоть одной из них?
– Всё равно, – упрямо продолжала Любаша, – Из-за этого не стоило так завираться!
– Может и не стоило, – охотно согласился муженёк, обнимая её за талию. – Но ведь каждый на своё горе реагирует по-разному. Кто в запой бросается, кто с ума сходит, а кто лютует, как зверьё неразумное.
– А ты бы как поступил? – она кокетливо отклонилась в сторону. – Если бы я с детьми к другому мужчине ушла?
Оба прекрасно понимали, что это не что иное, как невинная шутка, но глаза Григория недобро блеснули. Скорей всего даже помимо его воли. Зато голос был игривым:
– Дети, конечно, со мной бы остались. А вот тебя бы просто проводил до вокзала.
– А потом? – в её голосе слышалось разочарование.
– А потом бы отправил в последний путь, – Григорий делано тяжело вздохнул, – Как…. Анну Каренину. Можно конечно и водным путём, как Му-Му, но речек в округе глубоких нет.
А при поездке к морю расходы на развод слишком возрастут.
– Бес-с-ты-жий! – Любаша с укором покачала головой. – Такова твоя благодарность за моё согласие иметь от тебя детей? Ладно, ладно, запомним!
– Кстати, о детях! – Григорий потёрся щекой о плечико жены и продолжил разговор: – Именно из-за них Фёдор так старался что-то заработать. И хочу тебе напомнить: много не пил. Даже ставши хозяином бара. Хотя никогда не отказывался посидеть за хорошим столом. И попить водочки. Но всегда держался в пределах нормы. А уж падать, да ещё и так неудачно, не в его стиле!
– Иногда и трезвые люди делают неверный шаг и ломают себе шею! – резонно заметила на это жена.
– В том то и дело, что в крови Фёдора было просто неимоверное количество алкоголя!
– Тогда тем более всё понятно! – утвердилась Любаша. – Но откуда ты об этом знаешь?
– Сегодня с самого утра я сгонял в милицию и просто поинтересовался ходом расследования. А меня так ненавязчиво вытолкали, на ходу сообщая, что следствие закрыто в связи с явным несчастным случаем. А на мои возмущённые вопросы, отвечали весьма внятно: «Не твоё дело!» Я уже и возвращаться домой решил, как вдруг на лестнице столкнулся не с кем иным, как с Тарасовым Санькой.
– С кем? – не поверила супруга, явно оживляясь. – С Санькой? Твоим одноклассником! Мы же его лет десять не видели!
– Точно! И он там работает следователем! И уже майор!
– Постой! Но ведь он на пожарника учился! Или я ошибаюсь?
