— Самое главное. Он назвал Круглову Гордон. Мы проверили. Никто из членов американской делегации ранее не знал и не пересекался с Кругловой.
— Ну что ж. Так тому и быть. Что думаешь делать?
— Как только мы взяли Джаггера и Прохазку, я отдал команду на круглосуточное наблюдение за ним. Хотели понять, как он отреагирует на известие об аресте на борту «Циолковского».
— И как?
— Молодец. Даже бровью не повёл. Уважаю. Действительно достойный противник.
— Как будешь дальше действовать?
— Пока ведём его в постоянном режиме. После прилёта «Циолковского» устроим очную ставку между ним и Джаггером. Прохазка всё равно в отказ пошёл.
— Добро. Главное не дать ему что-нибудь на Луне учудить.
— Не допустим.
«Циолковский» приближался к Земле. Крейсер погасил скорость, сделал виток вокруг планеты и пошёл на родную верфь, на Луну. Марк с нетерпением ожидал окончания полёта. Он ужасно соскучился по Кате и по Лере. Ему хотелось оказаться под открытым небом, попасть под дождь, сходить в лес. Поэтому последние дни и часы полёта он ждал его окончания.
Чтобы отвлечься, Марк постоянно занимался какой-либо работой. Он несколько раз пересматривал допросы Джаггера и Прохазки. Хотя в последнем случае вроде бы смотреть было не на что, Марк упорно пытался отыскать что-то такое, за что можно было бы уцепиться и разговорить Прохазку. Пока ничего не получалось. Много часов они провели вместе с Чёрным обсуждая полёт. Все отчёты были готовы, все материалы скомпонованы и отправлены на Землю.
Наконец, «Циолковский» пристыковался к своей верфи. По корабельной связи капитан крейсера полковник Гагарин поздравил всех с окончанием тренировочного полёта. Все задачи, поставленные перед кораблём и экипажем, были выполнены. Проведена удачная операция по высадке на спутник Марса Деймос. На нём установлено оборудование, имитирующее оборудование для развёртывания солнечного паруса на астероидах. Отработаны методики определения параметров и орбит астероидов. Отмечена помощь американских специалистов. Все молодцы, всем отдыхать.
Марк сопровождал арестованных Джаггера и Прохазку на Луну. На Лунной базе их встретили сотрудники Комитета, которым Марк и передал американцев. После чего уже смог нормально обнять и поцеловать Лизу, которая его встретила.
— Давай рассказывай о своих приключениях в космосе.? Лиза привела Марка к себе. Они сидели за столом, и пили чай.
— В принципе ничего особенного. Ты и так всё знаешь.
— Я хочу услышать из первых уст.
Марк не мог отказать Лизе и рассказал всё с самого начала.
— Помнишь, Лиза, мы сначала подозревали Уоттса?
— Естественно. Он так странно себя вёл. Однако оказалось, что он совсем не причём?
— Совершенно. Знаешь, чем объяснялось его поведение?
— Чем же?
— Страхом. Простым элементарным страхом. Не знаю, как там американцы проводили отбор, но пускать его в космос совершенно нельзя.
— Почему?
— Он до чёртиков боится космоса.
— Как это боится космоса?
— Да вот так. Я с ним разговорился на обратном пути. Было видно, что он уже на последнем издыхании. Вот он и проговорился, что боится космических полётов, боится Луны, боится Марса.
— Почему же они не учитывали это, когда направляли его к нам?
— Сам виноват. Гордый слишком. Никогда не показывал своих страхов. Думал, что переборет.
— Сам виноват. Не надо было изображать из себя матёрого волка. Сколько ему?
— Двадцать один, но он же вундеркинд. Он же умнее всех. Ничего жизнь поставила на место. Мозги вроде бы вправились. Теперь будет гораздо умнее.
— Это точно.
— Теперь твоя очередь.
— Да мне-то совсем нечего рассказать. Сидела себе на Лунной базе, отдыхала. Всё самое интересное у тебя там наверху происходило.
— Ладно, ладно не прибедняйся. В конце концов, кого пытались отравить, меня разве?
— Откуда ты знаешь?
— Владимиров рассказал во время последнего сеанса связи. Так что произошло?
— Крисмас решил отомстить.
— За что?
— Ни за что, а за кого. Оказывается, что Лезенби, который сошёл с ума, какой-то дальний родственник Крисмаса.
— Понятно. Только причём здесь ты. Ты же Лезенби не трогала. Он сам попал, когда русский дипломатический вездеход задерживал.
— Ну, это мне не известно. Видимо решил, что я самая виноватая в том, что у Лезенби крыша поехала.
— Понятно. Как хотел отравить?
— В кофе подлил. Хорошо за ним постоянно наблюдали. Я, честно говоря, и не заметила, как он это сделал.
— В рубашке родилась.
— Что?
— Русская поговорка. Не слышала разве?
— Нет, раньше не слышала.
— Означает, что очень повезло.
— Тут бесспорно. Если бы не ребята, то меня бы уже не было.
— А Крисмас что?
— Ничего. Когда увидел, что его план раскрыт, то сам и выпил свой кофе.
— Вот даже как.
— Да матёрый был.
— Не смогли откачать?
— Не успели. Пока дотащили до медотсека, пока приступили к реанимации, он уже умер. Яд слишком сильный.
— Как же он рассчитывал отравить тебя и самому остаться в стороне?
— Думаю, что не рассчитывал. Он понял, что диверсия не удалась, Джаггер и Прохазка арестованы. Осталась банальная месть.
— Наверно. А как там наши друзья американцы?
