— Дальше я сказал, что торг здесь не уместен. Либо принимаете наши предложения, либо «Goodbye my love, goodbye». Крючков одновременно со Смирновым усмехнулись.
— Ну, а его реакция?
— Побежал звонить своей Шарлотте.
— Ладно. Подождём до завтра. Привози его сюда к десяти утра.
— Рановато будет. Боюсь не встанет.
— Я думаю, он сейчас уже спит, или скоро заснёт. Разница во времени. Проснётся совсем рано. Вот и бери его и вези сюда. Завтраком не корми, здесь позавтракает.
— Добро.
Когда Крючков вернулся в дом приёмов, то убедился в том, что американец действительно поел и уснул.
Вот и хорошо. Владимир Александрович дал указание, как только МакДоналд проснётся, сразу же дать знать.
Роналд проснулся в полной темноте и не сразу сообразил, где он находится. Потом вспомнил свой полёт в Россию, разговор с Председателем КГБ, свою прогулку в парке. В этот момент он инстинктивно натянул одеяло на себя. Хотя в комнате было тепло, он задрожал от воспоминаний о морозе за окном. Роналд посмотрел на часы. Семь часов утра по местному времени. Получается, что он проспал четырнадцать часов. Однако. Видимо сказалась напряжённая работа последних месяцев, перелёт и свежий зимний воздух.
Едва МакДоналд вышел из своей комнаты, его встретил Крючков.
— Мистер Макдоналд, товарищ Смирнов ждёт Вас к десяти утра в своём кабинете на Охотном ряду. Он распорядился подготовить совместный завтрак. Посему прошу Вас пройти в машину. До Москвы доедем за час-полтора. Торопиться нам некуда. Товарищу Смирнову я уже сообщил, что мы будем немного раньше. Он ждёт нашего приезда.
— Хорошо, мистер Крючков. Я сейчас подойду к машине.
Чёрный ЗИЛ плавно скользил по дороге. Роналд с интересом наблюдал проносящиеся пейзажи. Пока были далеко от Москвы, вокруг расстилались заснеженные поля, но с приближением к городу всё чаще стали появляться малоэтажные посёлки.
— Мистер Крючков. Насколько я знаю, раньше Москва была огромным мегаполисом. Порядка пятнадцати миллионов населения. Теперь не чувствуется, что в Москве так много жителей.
— Совершенно верно. Раньше практически вся Москва и всё пространство рядом с Москвой было застроено многоэтажными домами и огромными торговыми центрами. Почти десять лет после революции происходило изменение облика Москвы. Большая часть жителей уехала к новым местам жительства и работы. Теперь в Москве проживает около шести миллионов человек.
— То есть, Вы принудительно выгнали население из города?
— Почему принудительно? В своё время, Москва была крупным научным и промышленным центром. Затем практически вся промышленность, за исключением небольшой части пищевой промышленности, была уничтожена. Тоже самое произошло и с научными организациями. Люди потеряли работу. На смену промышленным и научным организациям пришли торговые центры, новые жилые массивы. Москва превратилась в большой офис. Здесь были либо офисы, либо торговые центры, либо жилые дома. В Москву со всей страны и из-за границы приехало очень много людей, которые искали работу. Поскольку в стране рабочие места постоянно сокращались. В Москве же ещё можно было устроиться на работу. После революции пришлось кардинально менять ситуацию. Промышленное производство естественно в Москве восстанавливать было невозможно. Заводы строились в других регионах. Там же строились и дома для людей. Причём теперь разрешается только малоэтажное строительство. В России достаточно территории. Мы имеем возможность расселить людей таким образом, чтобы не было огромных муравейников. В Москве же восстановили научные организации и институты.
Естественно начался отток населения из Москвы. Теперь ситуация в стране сбалансирована. Постепенно население России распределяется равномерно по всей территории. Сейчас уже тридцать пять процентов населения живёт за Уралом.
— А что же стало с построенными офисами, торговыми центрами и многоэтажными домами.
— Дома постепенно сносятся и заменяются малоэтажными микрорайонами, офисы частично приспособили под научные и образовательные учреждения, частично снесли. Тоже самое и с торговыми центрами.
— Но если человек хочет жить в Москве?
— Да ради бога, пускай живёт. В чём проблема?
— Но Вы же всех выселяете в Сибирь.
— Роналд, Вы меня слышите? Мы никого насильно никуда не выселяли. Мы создаём условия для работы по всей стране, а не в одном месте для всего населения страны. Понимаете разницу?
— То есть Вы хотите сказать, что никого насильно не выгоняли?
— Зачем. У нас есть поговорка «рыба ищет, где глубже, а человек где лучше». Поэтому когда были созданы условия для жизни по всей территории страны, люди сами выбирали, куда им поехать.
— Звучит фантастически.
— Для этого мы и приглашаем к нам в гости всех желающих. Приезжайте и смотрите сами.
— Знаю. Эта Ваша «семейная дипломатия».
— Именно она.
— Хорошо. Я читал, что Москву пришлось довольно сильно перестроить. Я видел фотографии старой и перестроенной Москвы. Естественно разница впечатляет. Все эти каналы, парки, широкие бульвары. Где-то напоминает Санкт-Петербург, где-то Венецию. Хотелось бы увидеть собственными глазами.
