Видящий действовал своим излюбленным методом: резко срывал ткань палатки, словно это делает порывистый ветер, и оставлял солдат без укрытия, без огня и практически без глаз. Он мог преспокойно, не напрягаясь, прямо спереди подойти к каждому из них и воткнуть свою смертоносную сталь в любое уязвимое место тела... Нет, он не был садистом, ему не доставляло удовольствие видеть мучения людей. Он просто доказывал, но ни франзарцам и тем более ни адмиралу Боссони, а самому себе, что он -- хозяин на этой земле.
Дождь лил, лил и лил... Палатки, одна за другой, опрокидывались навзничь и уже более сотни трупов орошали своей теплой кровью бесчувственную, лишенную сострадания землю.
Сейчас он был почти богом...
Один против целой армии...
Потому что он -- Видящий во Тьме...
Ливень -- вот его надежнейший друг и союзник.
Впрочем, Видящий во Тьме даже в такой, казалось бы, беспроигрышной ситуации не был абсолютно неуязвим. Так случилось и с Непредсказуемым. Один сообразительный франзарский солдат, едва почувствовав, как чья-то ладонь зажала ему рот, резко крутанулся, вырвался из объятий невидимых рук и закричал остальным:
-- Видящий!! Здесь Видящий!!
Техника борьбы с таким серьезным врагом была давно уже отработана. Самое разумное в данной ситуации -- это по голосу найти друг друга, сплотиться в одну группу, построиться ежом и начинать палить из огнестрельного оружия в разные стороны, совершенно вслепую, надеясь, что какая-нибудь удачливая пуля случайно поразит врага.
Франзарцы, поддавшись паники, сразу начали палить. Куда попало. В итоге половина солдат была застрелена своими же. Непредсказуемый резко лег на землю и уже совершенно осмысленным, прицельным огнем покончил с оставшейся половиной. Увидев полчище трупов позади себя, он почувствовал легкое головокружение.
Он непобедим...
Он может делать, что хочет...
Потому что он -- Видящий во Тьме...
Его обыкновенный столовый нож повидал уже столько крови, сколько не знала даже сельская скотобойня. Двести шестьдесят девять франзарских солдат лежали у стен Ашера с перерезанными глотками. Иные были убиты отравленными стрелами, иные -- пулями. Видящий сильно утомился и, тяжело вдыхая влажный воздух, поднял лицо к небу, чтобы дождь смыл скверну греха и усталости.
Непредсказуемый вернулся к цитадели Старого Города. Огромные ворота протяжно скрипнули, ворчливо застонали, но все же распахнулись настежь, открыв проход между двумя вселенными: миром смердящего замкнутого пространства и миром пьянящей свободы. Адмирал Боссони с остатками своих воинов стояли как мумии. Истощенные, с осунувшимися лицами, едва держащиеся на ногах.
-- Можете идти.
Боссони протянул руку вперед, ловя брызги дождя, и тихо произнес:
-- Господин, но... мы ничего не видим.
-- Ах да, я забыл...
Пришлось подождать, когда дождь немного затихнет. Потом Видящий принес им маленькие стеклянные светильники, света от которых хватало лишь для того, чтобы разобрать, что творится под ногами.
-- Господин! Мы так благодарны вам... на всю оставшуюся жизнь мы ваши должники... мы... -- Боссони готов был упасть к ногам своего спасителя и целовать их. Лишь остатки адмиральской гордости не позволили ему сделать это.
Когда еле живой отряд, сгруппировавшийся вокруг крохотных и тоже чуть живых огоньков, углубился в ливень, Видящий во Тьме внезапно крикнул:
-- Стойте!
Блеклые фигуры затормозили и медленно обернулись.
-- Знаете, для чего я освободил вас? -- правая рука Видящего стала поднимать вверх двуствольный арбалет. -- Для того, чтобы потренироваться в стрельбе по бегущим мишеням.
Обе стрелы взвизгнули и прошили тело одного англичанина. Видящий не спеша принялся перезаряжать арбалет. Остальные ринулись наутек, спотыкаясь и падая в огромные лужи. Но Видящий не стал их преследовать, он выстрелил еще в нескольких солдат и потом громко расхохотался. Он просто хотел лишний раз напомнить простым смертным, что он -- Непредсказуемый.
Адмирал Боссони с остатками своей армии, численность которой составляла всего сто двадцать два человека, укрылся в лесах Франзарии и фактически стал главарем отряда разбойников...
А Видящий еще долго стоял на одном месте, созерцая пустоту.
глава пятая
"В изнуряющем страхе подумал я вдруг:
Не ужель мы достигли последних времен?
И закончится список последних имен,
И замкнется мятежной истории круг..."
Антонов почувствовал над своим лицом чье-то сиплое дыхание и открыл глаза. Над ним нависла ухмыляющаяся физиономия Джона. Его огромная рыжая шевелюра слегка искрилась, глаза были такими добрыми, какими их никогда не видели. Словно капитан взял эти глаза у кого-то взаймы.
-- Вставай, сонная рожа! Все на свете проспишь!
-- Встаю! -- Александр поднялся на ноги и огляделся вокруг.
