Настя широким жестом указала на стол, за которым они сидели. Стол был завален едой: пирожки с разнообразной начинкой, салаты в мисочках, птичьи ножки, от крошечных — Настя называла их соловьиными до здоровенных, как ляжки Годзиллы — графины с напитками, чайники с отварами душистых трав, конфеты…
Насте особенно нравились ножки. Эльфы их тоже обожали, поэтому на столе ножки присутствовали в самых разнообразных видах: вареные, жареные, печеные, верченые, вымоченные в соусах и маринадах, фаршированные всем, вплоть до красных муравьев и желтых ягод.
Алиона вздохнула. Есть, конечно, хотелось, и пахло все это чертовски аппетитно. Немного напрягало то, что фактически это были объедки со стола хозяина.
Настя выбрала здоровенный копченый окорочок и обгрызла его с краев. Ее ничего не напрягало.
Мягким голубоватым светом загорелись цветки-фонарики на стенах.
Магия в эльфийском королевстве присутствовала везде. Магически измененные неутомимые кони, магически выращенные дома. Даже одежда наверняка была создана с помощью магии. Какие-нибудь особые магические жучки-прядильщики… Вот и светящиеся цветы вместо факелов.
Месяц… Она здесь уже целый проклятый месяц…
До сегодняшнего дня Алиона никак не могла адаптироваться к резкому изменению своего статуса. Все происходящее виделось ею как будто отстраненно, как будто это все происходит не с ней. И вот сегодня она совершенно ясно и прозрачно поняла: она — игрушка эльфов и она здесь навсегда.
Навсегда. Как говорил Пятачок: «Это же слишком долго!»
Навсегда…
— Аленка! — в комнату вбежала Настя.
Алиона вздохнула и сползла с окна. Хозяин сказал «Алена», значит ты — Алена и оставь своим глупые претензии на другое имя.
— Ну что?
Опять, наверное, уроки по этикету. Вернее, уроки того, как должна вести себя «игрушка», когда выезжает с хозяином в люди.
Что толку, если господин Хетулион не хочет ее никуда вывозить?
— Аленка, собирайся! — Настя дернула девушку за рукав, — Хозяин хочет взять нас в город! На парад!
Как выглядит типичный эльфийский город? До сего дня Алионе не приходилось бывать в подобных местах, поэтому представление об эльфийской градостроительной архитектуре имела самое смутное. Так, расплывчатые образы воздушных замков, спрятанных на горных склонах среди изумрудной зелени. Между разбросанными строениями по склонам падают вниз хрустальные водопады, острые шпили пронзают листву могучих деревьев, возносясь ввысь, и повсюду слышится пение птиц и порхание бабочек. Видится. Порхание.
Практичная часть мозга девушки тут же подсказала, что эльфы с земным представлением о самих себе знакомиться не обязаны, а значит, и города строить будут по-своему.
Исходя из того, что одно здание она уже видела — дерево-особняк нынешнего хозяина — Алиона представила эльфийский город поселением, нечто вроде американского пригорода: широкая улица, застланная травяным дорожным покрытием, вдоль которой ровными рядами стоят такие же квадратные деревья, разве что размерами поменьше, возле которых припаркованы блестящие автомобили…
Стоп, стоп, какие автомобили? Кареты. Припаркованы кареты, с впряженными конями…
Стоп, стоп, какой же дурак станет держать коней постоянно впряженными? Просто кареты, без коней…
Стоят на улице, мокнут под дождем…
Тьфу! Алиона замотала головой, выбрасывая навязчивый образ. Никаких автомобилей, никаких карет. Просто дома-деревья… Или деревья-дома?
Да что ж это такое?! Наверное, все дело в мандраже: она еще ни разу не выбиралась за пределы поместья Хетулионов, да и находится в карете с хозяином продолжительное время тоже страшновато. Не то, что он приставать начнет, а то, что может что-то спросить…
С эльфийским языком у девушки были некоторые сложности. Как-то не удосужился никто привить ей это знание магическим путем, так что речь эльфов для нее по большей части продолжала звучать как птичье пение. Нет, отдельные слова она уже начала понимать, в смысле, различать их в общем потоке, но с пониманием пока оставались затруднения. Тем более, эльфы говорили быстро и их любимые двух- и трехзвучия гласных сливались в один, совершенно Алионой не различаемый на слух, звук. Даже «Алена», которой ее звали хозяева, на самом деле произносилась как что-то вроде «Аилиеона» и даже что-то означало. Судя по усмешке дворецкого, эльфа Аунсиона, что-то забавное.
Взять, например, слово «омм». Если «о» в нем краткое, то оно означало «Иди сюда». Если «о» долгое, то — «холодает». Если «о» на вздохе — «глаз». А если «о» свистящее — «лягушка».
И таких слов… да все слова языка! Не говоря уж о том, что пауз между словами эльфы в разговоре практически не делали.
В итоге понимала Алиона даже не с пятого на десятое, а сразу с первого января на семнадцатое марта. И произнести более-менее правильно могла только три слова: «да», «нет» и «не понимаю». Не больно-то разболтаешься с таким лексиконом.
