Стихи – это солнечные блики в потоке нашей жизни с её радостями, печалями и горестями. Они высвечивают только отдельные моменты этой жизни, передают душевные переживания и настроения. Стихи этой книги имеют разную эмоциональную окраску, но в них есть общее чувство, что жизнь продолжается.
Вмёрз воздух в стужу января.
Закаменелая земля покоится под хрустким снегом.
В полнеба бледная заря.
Столбы дымов из труб над избами под серым скучным небом.
Всё тихо, пусто с самого утра.
В такой мороз не тянет расставаться с печкой.
Дню заискриться, засиять пора,
Да, видно, силы спят над скованною речкой.
Лишь путник, одинокая душа,
В санях по зимнику скользит, картину оживляя.
Его лошадка трусит, не спеша.
Безмолвие вокруг от края и до края.
Наш север – это тихая печаль.
Заря не может здесь зимой раскрыться полным светом.
И всё же, расставаться с нею жаль,
Хотя счастливым быть могу я только летом.
Тогда я чувствую, что всё живёт вокруг,
Но спит до времени под тихим звездопадом,
Пока зари не заалеет полукруг
Над милой речкой и раскинувшимся садом.
Ещё чуть брезжит свет. В блаженство и покой
Погружено всё, что сейчас проснётся.
Такой возвышенный, торжественный настрой
В другое время сердца не коснётся.
И с первым петушиным голоском,
И с оживлённым в кущах щебетаньем,
И с заискрившимся в росинках колоском
Уходят в никуда сердечные страданья.
И счастьем полнится открытая душа.
Заря несёт надежду обновленья.
И вот, чудесное явление верша,
Приходит радостное жизни пробужденье.
И вновь всем нам урок преподнесла
Слепая, неразумная стихия:
Десятки, сотни жизней унесла,
Затмив собой события иные.
Вихрятся небеса, и дышит океан,
Дробятся волны, берег разрушая.
Останутся потом следы тяжёлых ран
И светлого песка полоска золотая.
Залижут раны время и вода.
Лишь фотоснимки сохранят мгновенья.
И камешки, нарытые тогда,
Напомнят – это было, без сомненья.
Событие одно, но разная судьба
Всего того, что люди сохранили.
Хоть память наша, к счастью, слаба,
Но кое-что мы всё же не забыли.
Найдёшь случайно камушек в столе
И вспомнишь разрушительное время.
И памятники в камне и стекле
Несут наших утрат нелёгких бремя.
Все мучаются, трудятся, творят,
Но и над ними властвует стихия.
Одни, как камешки, пока лежат,
Им уготована надолго летаргия.
Другие вихрем ввысь вознесены.
И, кажется, они-то век пребудут.
Глядишь, и их творенья сметены,
А камешки найдут и не забудут.
Вернуться в прошлое нельзя.
И даже мысленный возврат –
Уже совсем не та стезя,
Идти которой был бы рад.
Нам остаётся сожалеть:
Не всё успели и смогли,
А что-то и не смели сметь,
Кого-то не уберегли.
Но всё, чем жизнь полна сейчас,
Это – сплетение судьбин.
И те, кто окружают нас,
Произрастали из глубин.
Возник не мыслимый клубок
Случайных встреч и расставаний.
И этот дивный колобок
Бежит, не зная расстояний.
Так в чём же ценность бытия?
В неповторимости пути.
Ну, как смогу отринуть я
Всё то, что удалось пройти.
Завидовал я тем, чья память, как капкан,
Легко и на лету всё схватывает цепко.
А мне сей дар небес, с рожденья, не был дан.
В учёбе потрудиться приходилось крепко.
От информации так пухла голова;
Её нести, как чашу полную, – мученье.
У тех же – сами льются нужные слова.
Для них учение не труд, а развлеченье.
Но в информатике наметился прогресс.
И я увидел, что дела не безнадёжны.
Забылся сессионный этот жуткий стресс.
А блоки памяти теперь уже надёжны.
И главное сейчас не что-то сохранить
В отчётах, головах, иль в электронном чипе,
А для чего, и как, всё это применить,
Как разобраться нам во всё растущей кипе.
Ведь память удалось безмерно нарастить.
Теперь настал черёд, чтоб наросла смекалка.
Но будет ли тогда нам интересно жить?
Утраты тех страстей, не будет ли нам жалко?
Из небытия появляются люди,
И в небытие исчезают опять.
Так было всегда на земле, и так будет.
Но смерть никому не дано осознать.
Уходят, оставив нам мир изменённым.
Где были они, там теперь пустота.
Надолго останется нерв оголённым.
Боль стихнет потом, но жизнь станет не та.
Останется в памяти только хорошее.
Их образы будут сердца защищать.
Затем и впечаталось так это прошлое,
Чтоб нам не пришлось всю-то жизнь горевать.
Что говорить о суетности века,
На безысходность, нищету кивать,
Когда хаос в сознанье человека
И он с собой не может совладать.
Крепки и многомерны жизни связи.
Запутался он; ужас, как паук.
Взглянуть на мир без пошлости и грязи
Поможет нам собрание наук.
И первая, конечно, – медицина.
Она вскрывает сущность изнутри.
Её, как безотказную вакцину,
И как рентген, используй и смотри.
Затем идут и точные науки:
Всё взвесят, всё измерят, всё сравнят.
И астрономы, вовсе не от скуки,
За звёздами без устали следят.
А звёзд на небе больше, чем песчинок
На всех песчаных берегах Земли.
Такую вот вселенскую картину
Открыть науки точные смогли.
Но как бы они порознь не старались,
Всё охватить не смогут никогда.
Философы за ум покрепче взялись,
И разобрались быстро, как всегда.
Всё оказалось, до смешного, просто.
Ведь наше человечество растёт.
Естественно, что есть издержки роста.
Сумятица со временем пройдёт.
Потом, когда начнётся угасанье,
Она уже не будет так терзать.
Незнание уступит пониманью,
Что надо просто жить и не роптать.
Политики мысль эту подхватили
И по живому ну давай кромсать.
Мол, «Надо», всем нам ясно объяснили,
И дальше будут так же объяснять.
Но, как всегда, блаженны те, кто верят.
