– Ну, для кого как. У меня он только начался, – сказала грустно следователь и вышла из дома.
– Софья Михайловна, вроде все работает, – прокричал через несколько секунд Василий из кабины лифта и уехал.
– Хорошо-хорошо. Спасибо, милок, – произнесла вслух Инга, а сама подумала, что за все три года это самый идиотский день на посту. К счастью, он уже заканчивался. Тихон не заставил себя долго ждать, и пока рассказывал о пропавшем трупе, сидя на диване, Инга подкинула маленький жучок в безразмерный карман его куртки. Сделав это, она изобразила злость от расспросов толстяка по поводу вовсе не сломанного лифта и удалилась в свою каморку. Ой, пусть сам там поразмышляет о причинах и следствиях. Инга вообще не понимала, что в итоге происходит и кто за этим стоит. Да даже если бы и понимала, с Тихоном такой информацией незачем делиться.
Через какое-то время холл опустел: Василий ушел, а Тихон и Лилия отправились к себе. Инга наконец-то смогла закрыть каморку и подняться в свою квартиру. Она аккуратно сняла парик и надела его на манекен, удалила грим, избавилась от костюма, в котором было продумано все, даже белье и колготки. Единственное, что периодически доставляло неудобство молодой актрисе, – ее руки. Гримировать их постоянно было крайне неудобно, это занимало кучу времени, а при контакте с водой грим легко портился. Поэтому Инга по возможности прятала руки в карманах или за спиной.
Окончательно выйдя из образа, девушка приняла душ, а затем наскоро зафиксировала все свои наблюдения за сегодня. Только после этого она отправилась спать, предварительно проверив телефоны. Никаких новых указаний. Опять приказы свалятся в самый неподходящий момент. Так и произошло.
Следующий их с парнями забег начался в районе обеда. После длительного молчания наконец пришла эсэмэска: Инге приказали взять ключи от квартиры Тихона и явиться на двенадцатый этаж. Там ее уже ждали двое вчерашних напарников вместе с трупом. Одеты они были так, словно везут прокаженного: костюмы химзащиты, перчатки, защитные маски и очки. Видимо, Лера постаралась, чтобы посторонняя ДНК не попала на этого неизвестного. Все четверо спешно зашли в лифт и отправились на четвертый этаж. Там Инга открыла им дверь и осталась ждать в коридоре. Что происходило в квартире Тихона, девушка не знала. Увидела только, как парни меняли глазок входной двери. Дальше они просто вышли уже в обычной одежде, вызвали лифт, вытащили оттуда камеру и поехали вниз. Инга закрыла дверь, стерла свои отпечатки, потому как работала без перчаток и отправилась в каморку ожидать дальнейших указаний.
Но их не было. Ни в этот, ни в последующие несколько дней. О том, что произошло в квартире, Тихона девушка узнала от него самого, когда тот вновь разоткровенничался и проболтался о камере видеонаблюдения в дверном глазке. Вслух она его пожалела, а мысленно поблагодарила шефа за идею подсунуть жучок. Ведь наверняка же благодаря этому начальник смог узнать о камере. На тех кадрах была и Инга, пусть в образе Софьи Михайловны, но следствию об этом лучше не знать.
Через несколько дней в квартире любвеобильной троицы с третьего этажа появился новый труп. Инга все задокументировала, как всегда, и отправила рукописный отчет. Прочитал ли его шеф или нет, узнать так и не удалось: телефон по-прежнему молчал, новых заданий не было. Все как будто вымерли: Семен не объявлялся, и Инга окончательно убедилась в том, что он мертв, Валерия не мелькала ни на кадрах, ни в жизни. Инга осталась одна со своими обязанностями, которые никто так и не отменил, и со своими домыслами.
Прошла целая неделя, самая спокойная за последние полтора месяца: не было ни одного трупа. Софья Михайловна все так же работала, а Инга как никогда много отдыхала и начинала уже скучать. В свой выходной она по традиции отправилась за покупками, а когда вернулась, обнаружила кухню в состоянии «после бомбежки». Бросив пакеты на пол, девушка хотела было проверить все окна, но ее прервали.
– Я задолбалась тебя ждать, дорогая коллега, – услышала Инга знакомый голос. Валерия вышла из ванной с пистолетом в руке.
– Орудовать скальпелем мне надоело. Вот прикупила себе на всякий случай.
Инга знала, что от этой чокнутой можно чего угодно ожидать, поэтому она послушно подняла руки вверх.
– Шефу не понравится, если ты меня убьешь, – попыталась она образумить Леру, но та лишь возмущенно фыркнула.
– Сейчас я задам тебе вопрос, ответ на который поразит. Итак, ты хоть раз его видела? На самом деле? Вживую?
– Кого?
– Шефа, дурочка! Того мифического гения, которым нас всех пугают!
– Я постоянно общаюсь с ним.
– Откуда ты знаешь, что тот, с кем ты переписываешься, и есть шеф?
– Ну а кто это может быть?
– Да кто угодно. Дурил нам голову столько лет. Шеф, шеф! Это он сказал так сделать. Это он отстранил тебя от работы. Это он приказал убить тебя, – Лера пыталась пародировать Семена Игнатьевича.
– И что? Ты считаешь, что шефа нет? Вообще никакого? Кто тогда всем этим руководит? Кто раздает указания?
– А ты так и не поняла? За три года так ничего и не поняла? – ухмыльнулась коллега.
