Я одна из первых прохожу паспортный контроль и отправляюсь к ленте за нашим багажом. Устраиваюсь рядом с колонной, чтобы наблюдать за остальными пассажирами со стороны, а сама жду, когда появится «великолепная пятёрка». Не знаю, зачем я это делаю, но меня не отпускают мысли о них. Они чудятся мне везде. В голове я прокручиваю фразы, чтобы ответить на возможные колкости, придумываю, как лучше себя повести. Только время идет, я успеваю забрать наши три разномастных чемодана и даже найти теть, но ребята так и не появляются. Как сквозь землю провалились.
Ну и ладно, - решаю я, направляясь к выходу. Значит я великий маг и волшебник легко исполнила свое желание больше никогда не видеть этих высокомерных и грубых людей.
Длинный как стручок гороха автобус, забитый под завязку, стартует со стоянки. Я отбрасываю все нервные мысли о перелете и выглядываю в окно. Погода в начале июня прекрасная, нет жуткой изнуряющей жары, но и вполне комфортно купаться. Остров Родос очень красивый и омывается сразу двумя морями: Ливийским и Критским. Побережье усыпано бесчисленными, в большинстве своём песчаными пляжами, открытыми бухтами и мысами. А как пахнет, не передать словами: цветами, морской свежестью и романтикой.
- Алька, котеночек, как ты там еще не померла с голоду? - Спрашивает рядом сидящая тетя Тома. — В аэропорту ничего не ела, в самолете, бедняжечка, тоже. Эти дикие дети разнесли весь твой провиант по салону. Неуправляемые! Стюардессы их весь полет отлавливали. Даже у меня уже сосет желудок, - она поворачивается к тете Тоне, сидящей за нами, и демонстративно трет свой выпуклый живот. А та ей в ответ поддакивает. — Может, мы все-таки успеем к обеду, а то до вечера я кого-нибудь от голода съем.
Я, не отрывая взгляда от окна, отрицательно качаю головой. Опять они за свое, словно нет других тем для разговора. Я не маленький ребенок, чтобы за мной следить. Сама во всем разберусь. Но не выдаю свои мысли вслух, а то они снова на меня накинутся и испортят все настроение.
- Тоня, ну ты посмотри на нее. Алька, ты что на диету села, ждешь когда кости похудеют? — Возмущается она, всплеснув руками. — Не думай, мальчики на кости не бросаются. Им надо чтобы сисечки были и попочка хорошая…
- Ну тетя Томы! — Зажмурившись от смущения, возмущаюсь я. — Ты чего кричишь на весь автобус? - Шепчу, краснея щеками и оглядываясь по сторонам на улыбающихся соседей.
Вот любят мои тети привлечь чужое внимание. Хлебом их не корми, дай эпатировать публику.
- Да не стесняйся ты, малая. Море на то и нужно, чтобы романы крутить, накручивать. Правда? — Обращается к полной женщине с круглым лицом, сидящей в соседнем ряду. Та с улыбкой согласно качает головой. - В твои годы тем более! Знаешь, как мы в двадцать лет зажигали с Тоней? О-го-го, все подруги падали от наших ухажёров.
Я прячу улыбку, прикрыв лицо рукой. Знаю я их кавалеров, мама не раз рассказывала, что в молодости вытворяли мои тети.
- Я потерплю до ужина, - сообщаю им, чтобы отстали, а то сейчас устроят дискуссию на весь автобус. Обсудят не только мою худобу, но и всю личную жизнь. Спасибо, обойдусь.
Наш гид - симпатичная девушка с крупным носом и пушистыми темными кудрями, переманивает внимание на себя. Пока мы едем, рассказывает об острове, погоде, обычаях, истории. Я слушаю ее в пол-уха заворожённая картинками за окном. Мохнатые изумрудные кипарисы, пирамидками тянущиеся к безоблачному небу, обрамляют извилистую дорогу. А небесно-голубая гладь моря сливается с темной синью.
Спустя каких-то двадцать минут наш автобус въезжает в кованые высоки ворота. Едет по длинному парку элегантно подстриженных деревьев и кустов, клумб с цветами и величественных белых статуй львов. Подъезжает к белоснежному отелю с золотыми арками и стеклянными дверями. И я замечаю, что мои тети начинают копошиться.
- В чем дело? — Я поворачиваюсь к тете Тоне, которая уже встала со своего места и полезла доставать сверху кожаную пузатую сумку. - Я не поняла, - удивленно смотрю на нее. — Это наш такой классный?
- Естественно, Алька, вставай давай, - командует тетя Тома, наспех подмазывая помадой свои алые губы.
Я поднимаю голову и читаю английские янтарные буквы, элегантными завитушками обрамляющие вход: «Atrium Prestige…» и еще что-то там, что мне уже не интересно, потому что двери автобуса распахиваются и надо хватать свой рюкзак, и нестись доставать чемоданы.
