— Вся проблема в том, что я не знаком с нотной грамотой, а Мидори плохо владеет компьютером. Думаю, для начала нужно преобразовать музыкальную комбинацию в графическую, то есть в ноты. Когда данных будет достаточно, специальная программа сможет использовать их как трафарет, и потом я с помощью фрактального анализа постараюсь определить, как повторяются элементы. Выявится система, которую нужно будет применить к стандартному японскому. Вот, собственно, и все.
— Да, именно так я и подумал.
Гарри пронзил меня фирменным взглядом, означающим «ну ты и трепло», а потом обратился к Мидори:
— Попробуй сыграть то, что видишь на экране, и посмотрим, что выдаст программа.
Девушка присела на краешек стула.
— Постой, ты должна очень постараться. Если сыграешь по-иному, изменишь сам «узор», и программа собьется. Сможешь сыграть нота в ноту?
— Думаю, да, хотя с компьютера я играю впервые, поэтому есть определенный риск. Лучше потренироваться. Отсоединишь меня на минутку?
— Конечно. — Гарри кликнул мышкой и отсоединил адаптер. — Скажи, когда будешь готова.
Несколько секунд Мидори молча смотрела на экран, тонкие пальцы чуть заметно трепетали. Вот она коснулась клавиш, и мы впервые услышали мелодию, которая стоила ее отцу жизни.
Через несколько секунд девушка подняла глаза на Гарри.
— Готова, можешь подключать.
Мой помощник вставил адаптер в разъем компьютера.
— Все, машина тебя слушает.
И снова пальцы Мидори запорхали над клавишами, и снова в крохотной квартирке зазвучало что-то похожее на реквием.
Партитура закончилась, и девушка вопросительно взглянула на Гарри.
— Графическая комбинация есть, — заявил он. — Давайте посмотрим, что из этого выйдет.
Затаив дыхание, мы смотрели на экран.
Через полминуты из колонок послышались странные разрозненные звуки, очень отдаленно напоминающие только что сыгранную мелодию.
— Машина анализирует звуки, — пояснил Гарри. — Пытается выявить систему.
Несколько минут мы молчали.
— Особого прогресса не вижу... Не хватает вычислительной мощности?
— И что теперь делать? — спросила Мидори.
Гарри пожал плечами.
— Могу сходить на сайт ливерморской лаборатории и порыться в их суперкомпьютере. Но в последнее время они много работают над безопасностью Сети, так что придется повозиться.
— А суперкомпьютер поможет?
— Не исключено, — проговорил парень. — Вообще-то мощности и на моей машине достаточно. Все дело во времени. Чем больше мощность, тем быстрее будет результат.
— Значит, суперкомпьютер ускорит процесс, — резюмировала Мидори, — однако насколько — неизвестно.
— Правильно.
Повисла тяжелая тишина. Первым заговорил Гарри:
— Давайте трезво оценим ситуацию. С какой целью мы хотим расшифровать файл?
Ясно, к чему он ведет: тому же соблазну я чуть не поддался в штаб-квартире «Убеждения», когда Ямаото спрашивал, где диск.
— О чем ты? — насторожилась Мидори.
— Каковы наши цели? Этот диск, как бомба, которую мы пытаемся обезвредить. Его владельцы знают, что содержимое не копируется и по каналам электронной связи не передается. Не проще ли обезвредить бомбу, вернув ее хозяевам?
— Нет! — закричала побледневшая Мидори. — Мой отец отдал жизнь ради этого файла. Диск должен выполнить свою миссию!
Гарри поднял руки, словно признавая поражение.
— Я лишь пытаюсь найти какой-то выход. Помочь хочу!
— Сам подумай, Мидори права, — начал я. — Дело не только в том, что за этот диск ее отец заплатил жизнью. За ним охотятся столько зубастых хищников: Ямаото, ЦРУ, Кейсацучо. Если отдать диск кому-то одному, другие не успокоятся!
— Пожалуй, — кивнул Гарри.
— Но сравнение с бомбой мне понравилось. Как их обычно обезвреживают?
— Взрывают в безопасном месте, — отозвалась Мидори.
— Умница! — похвалил я.
— Булфинч! — догадалась девушка. — Булфинч опубликует информацию и обезвредит диск. Именно этого хотел мой отец!
— Мы отдадим диск, даже не узнав, что на нем? — изумленно спросил Гарри.
— Можно сказать, что мы и так знаем. Все сказанное Булфинчем, подтвердил Хольцер. Другого варианта я просто не представляю.
— Ты уверен, что журналист справится с расшифровкой?
Я с трудом подавил улыбку. В голосе Гарри столько негодования: надо же, игрушку отнимают, а какой-то репортер способен разгадать загадку без него, самого гениального программиста на свете!
— Думаю, что в «Форбс» есть компетентные сотрудники. Тем более что они заинтересованы в скорейшей публикации.
— Все-таки мне бы хотелось попробовать...
— Представь, и мне тоже! — перебил я. — Но мы не знаем, сколько времени это займет. В настоящий момент у нас слишком много врагов, а оказывать сопротивление с каждой минутой все труднее. Чем скорее Булфинч опубликует чертову статью, тем скорее мы вздохнем с облегчением.
— Все, я ему звоню, — решительно сказала Мидори.
Мы с Булфинчем договорились встретиться в Акасака Митсуке, втором крупнейшем развлекательном центре города после Гиндзы с его барами и пип-шопами. Этот район буквально изрезан переулками и аллеями; некоторые такие узкие, что можно пройти только боком. Здесь я как дома и в случае чего смогу уйти от любой погони.
