— Так я не кончил о Гроссмане,— сказал Медведев.— Ведь прогнал его Павлов.
— Да? За что?—удивился Лихарев,
— За угодничество. Павлов, как известно, терпеть не может подхалимства. В первый раз он ему очень осторожно заметил, что угодничество не к лицу командиру. А тот, видно, не понял. И вот, понимаешь, как получилось. В Кагане при штабе корпуса есть садик. Как-то вечером Павлов вышел погулять. А Гроссман за дверь стал — стул в руках держит. Хорошо. Ходил, ходил Павлов, к дереву прислонился. А Гроссман со стулом к нему: «Не угодно ли присесть, товарищ командующий?» Павлов нахмурился и говорит: «Вы, что, батенька мой, командир или лакей?» И, натурально, в тот же день ему предписание: принять ишачий транспорт. Теперь он где-то в здешних местах провиант перевозит на ишаках.
— Павлов — это такой...— сказал Лихарев, усмехнувшись.
В соседней комнате послышались твердые шаги, звон шпор и чей-то внушительный голос громко спросил, где можно видеть начальника гарнизона.
В ту же минуту, внося с собой густой запах йодоформа, в комнату вошел высокий средних лет человек бравого вида с лихо закрученными большими усами.
Придерживая шашку, он подошел к Лихареву.
«Очевидно, комбриг Блиновский»,— подумал Лихарев, невольно поднимаясь навстречу ему.
Честь имею, товарищ начальник,— шевеля усами и выкатывая и без того выпученные глаза, громко проговорил вошедший, прикладывая руку к ухарски сдвинутой набок цветной кавалерийской фуражке с желтым околышем.
С кем имею честь?— спросил Лихарев.
Дроздов. Командующий ишачьим транспортом.
— Простите, недослышал, каким транспортом?— спросил Лихарев, не веря ушам.
— Ишачьим!—отчетливо повторил Дроздов, звякая шпорами.— Только что прибыли. Где прикажете расположиться?
«Легок на помине»,— подумал Бочкарев, посмеиваясь про себя и с любопытством глядя на воинственную фигуру вошедшего.
Вы не по адресу обратились, товарищ командующий,— вежливо сказал Лихарев, сдерживая улыбку,— Вот начальник гарнизона.— Он кивнул на Медведева.
— Стоп!— Медведев поднял руку.— Насколько мне известно, ишачьим транспортом командует товарищ Гроссман?
— Так точно,— подхватил Дроздов.— Но товарищ Гроссман больной, малярия. Я временно за него.
— А кто вы по должности?
— Ветеринарный фельдшер.
— Вот как!.. Сколько уже у вас этих... гм... ишаков?
— Полторы тысячи штук.
— Ого! Солидная цифра... Ну так вот...— И Медведев дал указания, где расположить транспорт. Дроздов лихо откозырял и, звеня шпорами, вышел.
Едва утихли его шаги, как Медведев дал себе волю и закатился оглушительным хохотом.
— Командующий!.. А я ведь вначале подумал, что это командир Блиновской бригады!.. И вдруг—ишаки!.. Ой, не могу!— говорил он, вытирая обильно проступившие слезы.
— Действительно, как можно ошибиться,— сказал, смеясь, Лихарев.— Я ведь тоже подумал, что это Комбриг...
Они еще поговорили немного, йотом Лихарев и Бочкарев распрощались с Медведевым и, пообещав еще навестить его перед походом, поехали в бригаду.
Возвратившись на станцию уже в сумерках, они решили посетить партсобрание в 61-м полку.
Собрание проходило в небольшой роще, в стороне от вокзала. Бойцы расположились на раскинутых бурках. Некоторые примостились на пеньках, на низких ветвях деревьев. Федин говорил тихим голосом, стоя за столом и обращаясь к собравшимся. По бокам военкома сидели на скамье Кудряшов, Ладыгин и боец в летнем шлеме.
Керосиновая лампа отбрасывала мягкий рассеянный свет на сосредоточенное лицо Седова, который устроился с края стола и, чуть сутулясь, писал что-то на листе желтой шероховатой бумаги.
— Короче говоря, товарищи, мы идем в очень тяжелый поход,— говорил Федин.— Большинство наших молодых бойцов не имеет никакого опыта в горной войне. Надо разъяснить им, что бригаде предстоит путь на огромной высоте, по горным тропинкам, возможны обвалы, засады в ущельях. Короче говоря, необходима большая выдержка, громадное физическое и Моральное напряжение, высокая бдительность. Особое внимание надо обратить на сбережение коней в этих условиях. Долг коммуниста — быть все время примером для молодых бойцов, Если устал, не показывай виду. Больше бодрости! Воодушевляй бойцов! На привале проведи беседу о выдержке, упорстве. Помните Замостье? Казалось, было безвыходное положение, но уныния не было, духом не падали. Конная армия пробилась. И не только пробилась, а нанесла противнику поражение.
Федин помолчал. Из темноты протянулась к столу рука с бумажкой. Комиссар взял- записку, развернул ее и, нагнувшись к лампе, прочел.
— Товарищи,— заговорил он, выпрямляясь,— поступило предложение ввести дополнительно в состав президиума командира бригады товарища Лихарева и комиссара товарища Бочкарева. Кто за это предложение?.. Так. Единогласно. Прошу занять места.
