Валерий ХРАПОВ
Солнце - перестройка - мы
Сколько перестроек у нас было и когда ожидать следующую? Все ли в истории зависит только от природных катаклизмов и социальных законов? А что зависит от нас, творцов перестройки? Не повторяем ли мы ошибки отцов и дедов нынешними нашими решениями?
Не сомневаюсь, всех нас волнуют такие вопросы: "А была бы перестройка, если бы М. С. Горбачев не стал Генеральным секретарем? Что станет с нею, если с ним, не дай бог, что-нибудь случится? В каком направлении будет развиваться режим государственной власти и не понадобится ли через 20-30 лет новая перестройка?" Вопросов много. Но для того, чтобы понять, насколько процессы, происходящие в нашей стране, случайны или закономерны и к чему эти случайности или закономерности могут привести, надо бы обратиться к отечественной истории. Да вот беда, писанная и пишущаяся под диктовку разных людей и обстоятельств, уж слишком запутанной она у нас получается, а между тем схема-то развития довольно проста и апробирована в нашей (и не только нашей) истории не однажды.
АЛГОРИТМ ПЕРЕСТРОЕК
Перестройку до банальности часто ныне называют революцией сверху. Для того чтобы понять, какие стадии проходит эта революция, попробуем проанализировать предыдущую перестройку - ту, что называем мы "времена хрущевской оттепели". Как развивалась она? В своих мемуарах Н. С. Хрущев вспоминал, как сразу же после смерти И. В. Сталина Маленков и Берия отправились в Кремль "брать власть", распределять ключевые посты у руля государственной машины, а он с Булганиным и Микояном стал подумывать над тем, как избавиться от Л. П. Берия. Наверняка на памяти у всех нас и недавно опубликованные красочные описания того, как во время заседания Президиума ЦК КПСС Л. П. Берия был арестован, а затем предан суду и расстрелян. Но не это нам сейчас важно, как и подробности июньского Пленума ЦК КПСС 1957 года, когда была разоблачена "антипартийная группа" Молотова, Маленкова, Кагановича, Ворошилова и примкнувшего к ним Шипилова. Нет, не это. Куда важнее понять, что та, пятидесятых годов, перестройка началась с "кризиса верхов", если использовать ленинскую терминологию. Верхи, разоблачавшие культ, а точнее, преступления сталинизма, уже не могли жить и управлять страной по-старому. Почему? Да потому, что стране грозил экономический, а за ним, может быть, и политический кризис, чреватый непредсказуемыми социальными потрясениями. И это Н. С. Хрущев понял одним из первых.
Не будем останавливаться на цифрах. Те, что есть в статистических справочниках, как мы в этом не раз убеждались, ложны, ложны по самым разным причинам. Да и лучше всяких цифр говорят порой события, людские дела, поступки. Как помнят наверняка многие, сразу же после сентябрьского (1953 г.) Пленума ЦК КПСС началось спешное, можно сказать, панически спешное (без жилья, дорог, элеваторов) освоение целинных земель в Казахстане и Сибири. (См.: Л. И. Брежнев. "Целина".) Почему столь спешное, что рекордные урожаи в значительной своей части пришлось сгноить в буртах? Да потому, что на страну надвигался голод. И сверху это было видно гораздо отчетливее, чем снизу, где, если уже и не радовались по-сталински зажиточной колхозной жизни, то все еще верили, что она рано или поздно принесет свои плоды к столу горожан.
Сверху было видно, что в стране налицо и второй, по Ленину, признак революционной ситуации: обострение выше обычного нужды и бедствий угнетенных масс. А третий - "значительное повышение, в силу указанных причин, активности масс"? (ПСС, т. 26, с. 219). Был ли он? Был. И если не в СССР, надолго запуганном репрессиями сталинизма, то, во всяком случае, в Венгрии октября 1956 года, где во имя торжества социализма пришлось пустить в дело танки. Но на танках никакая власть долго продержаться не может. Это отлично понимал марксист-ленинец Н. С. Хрущев, стремившийся не допустить перерастания революции сверху в революцию снизу. И потому были сокращены и рабочая неделя, и рабочий день до 7 часов, снижены налоги с низкооплачиваемых категорий трудящихся, в два раза выросли копеечные пенсии, развернулось жилищное строительство.