– Вы знаете, Юлия, Старый Арбат кажется мне сегодня холодным и чужим… Не улица, а коммерческий вызов приезжим… Вы не находите?
Юлия молчала, как бы соглашаясь.
Они прошли немного дальше. Ресторан с названием «Шашлык» подтверждал безвкусие нынешних его богатых хозяев.
– Роман Григорьевич, а вот что нам нужно, – указывая направо на небольшое кафе с экзотическим названием «Босфор», – воскликнула Юлия.
– Юлия, у вас удивительное чутье, – радостно откликнулся Роман Григорьевич, – А то я совсем растерялся.
К обоюдной радости «Босфор» оказался приятным заведением с европейским сервисом.
После заказа легкого ужина, Юлия перешла к вопросам. Как отметил про себя Роман Григорьевич, в ней проснулась деловая леди.
– Несмотря на самостоятельную работу, у меня осталось много производственных пробелов…
– Слушаю внимательно.
– Прежде всего, по заводу Наг-Хаммади… Что же осталось нам от этого объекта?
– Дорогая Юлия… Борисовна, – он взял покровительственный тон, – Вы правильно поняли, что там ничего для нас уже не осталось… Пожалуй, литейное производство, которое не менялось долгие годы… Можно запросить руководство завода, а потом обратиться на Иркутский метзавод по поставке запчастей и возможной модернизации оборудования.
– Но Хелуанский завод тоже не дает нам заявок.
– Все верно… Прежде всего надо убедить руководство завода направить на объект наших специалистов… хотя бы небольшую бригаду… она улучшит работу предприятия и будет подталкивать египтян делать заявки.
– Спасибо за советы.
Конечно, не только дела привлекали Юлию к этой встрече. Ей было приятно его общество и даже может быть более. Она посмотрела на него:
– А помните, Роман Григорьевич, Луксор… Карнак…
– Конечно, – встрепенулся он.
– Я представляла себя тогда в том времени… глядя на статую царицы Нефертити… Прекрасное время!
– Да! – многозначительно откликнулся он.
– Но вы не принимайте все всерьез, – как бы оправдывая свой импровизированный восторг, тихо сказала Юлия, – …Время проходит…
Роман Григорьевич посмотрел в окно.
– А вы знаете, дорогая Юлия, что Эхнатон был счастлив и со своей второй молодой женой.
– Да, вы говорили… Странно, что он расстался со своей любимой царицей, – улыбалась Юлия.
– Там все сложно… Нефертити осталась при дворе…
– Что-то произошло? – задумчиво произнесла она.
– Любовь… Появились двое сыновей. Последним был Тутанхамон. Тот знаменитый молодой фараон – совсем мальчик… Его посмертная маска известна всему миру.
– Странно, – вновь задумалась Юлия.
– Я же вам говорил, любовь беспощадна… порой она сильна, как смерть, – он даже испугался от неожиданности этой фразы.
– Ну, полно, полно, Роман Григорьевич… Вы рассуждаете слишком размашисто…
– Почему?
– То, что возможно для фараона, не для нас смертных.
– Да… Я не фараон, – подчеркнуто обиженно к ее словам выпалил Роман Григорьевич.
– Понимаете, Роман, сегодня время прагматиков, а не романтиков… Были бы вы похожи на фараона, ваш партнер был бы овеян почетом, изобилием достатка и внимания… А минутное любовное увлечение быстро проходит…
– Юлия, я любил бы вас всю жизнь… Вы были бы всегда счастливым ребенком рядом со мной… Такое внимание вряд ли можно найти просто так.
– Ну, прекратите, Роман Григорьевич.
– Я знаю ваше настроение, но… так же невыносимо жить.
– Почему?… Дорогой мой, но вы не знаете, что впереди, и рветесь в открытую дверь… Сейчас не то время.
– А причем тут время?
– Вот вы практически не удел и без перспективы найти свое дело… Я понимаю, вам хочется жить… Вы даже не чувствуете своих лет… Наверно, это хорошо… Но скоро это может почувствовать не только ваш партнер, но и вы сами… Не правда ли?
Юлия не хотела этих слов, но они неожиданно сами лились из уст. Как будто она чувствовало что-то, неведомое ему.
Непонятные ей чувства иногда присутствовали в ее разуме. Подобно детским и девичьим грезам. Египетские фантазии также остались в ее жизни и незримо влияли на ее мироощущения.
Влечению, которое она не отрицала, препятствовало что-то сверхъестественное и непонятное.
– Юлия, поедемте со мной на дачу…
Он хотел рассказать ей о радости общения с природой.
– Нет, – твердо ответила она.
Роман Григорьевич почувствовал это твердое и непреодолимое.
– Вы любите кого-то?
– Пожалуй, нет, – задумчиво произнесла Юлия.
Роман Григорьевич молчал.
– Вы знаете, когда полгода назад мне сообщили, что я буду работать в Египте, мне казалось это заоблачным событием… Вот, что я думаю… то, что впереди… настанет довольно быстро… оно неотвратимо.
– Но надо жить сегодня и радоваться каждому дню.
– Женщины думают несколько по-другому, нежели сильный пол, и особенно когда мужчина заражен бациллой романтики… А что за ней… Все тоже самое… Да и где вы сегодня видите сочувствие этой романтике?
– Что же вас привлекает?
– Сильные, уверенные, перспективные… но после замужества я не хочу терять независимость…
– Любовь разве зависимость?
– Все мужчины собственники… а я хочу свободы… Мне с вами интересно и хорошо, но этого недостаточно, чтобы преодолеть себя.
Роман Григорьевич не нашел что возразить, а Юлия продолжала:
