Эдвард подавил неровный вздох, осознав, как тяжело сейчас дышать, словно после внезапного удара в солнечное сплетение. Когда пришлось заговорить, то голос оказался прежним, без малейшего намека на страх. 'Он устроил нам своевременную ловушку. Я всегда утверждал, что Джонни - настоящий солдат в семействе Невиллов".
Король увидел, что он один изумлен контролируемым звучанием собственного голоса, словно разделенного с сознанием. Для остальных разыгрывающаяся сцена была не более, чем ожидаемым набором действий с его стороны.
'Что мы должны делать, Нед?' Вопрос поступил от Ричарда, включая в себя многое от той успокаивающей веры, которую Эдвард только что видел в его глазах.
Уилл тоже ожидал ответа. Однако, Энтони принялся ходить из стороны в сторону, словно движение каким-то образом могло предотвратить надвигающуюся беду, неспособный дольше сдерживаться, он разразился взволнованным: 'Что мы можем предпринять, кроме как броситься в битву? Если мы объединим людей...'
Эдвард повернулся, чтобы рассмотреть свояка. 'Их почти в проклятые два раза больше, чем нас', ответил он, не пытаясь скрыть насмешки. 'Важнее, что они готовы сражаться, а мы нет. Заранее мы могли бы собрать свои силы, если бы они нас догоняли. Но ты же слышал рассказанное этим человеком, о том, что противник меньше, чем в шести милях от нас?'
Энтони вспыхнул ярко-алым цветом. На короткое время снова воцарилось молчание, пока мужчины переваривали страшное значение слов Эдварда.
"У нас есть время для отступления, Нед?" - Уилл смотрел внимательно и принял огорченный, но не удивленный вид, когда Эдвард покачал головой.
"Нас разделают" - сжато сообщил он. "Попытаемся ли мы здесь оказать сопротивление или же оттянем наших людей назад. Времени нет, в числе нас превосходят, и армия Уорвика несомненно прямо сейчас надвигается, стремясь отрезать нам путь на юг".
Эдвард замолчал, скользя взглядом по лицам. "Мои отец и брат погибли у замка Сандл из-за вступления в бой с численно превосходящим их противником. С их стороны такой шаг был отважен, героичен... но пагубен. Я подобной ошибки не совершу".
"Прикажите разогнать людей. Скажите солдатам рассыпаться, если они смогут. А сейчас... позовите ко мне Уилла Хаттклиффа".
Мгновения спустя, секретарь и врач в одном лице стоял перед королем, предвосхитив его нужды, безмолвно протягивая монарху перо и бумагу. Одним движением руки Эдвард очистил стол. Окружающие наблюдали за ним, комнатой владела тишина, если забыть о быстром царапанье пера. Выпрямившись, король протянул невычитанное послание Хаттклиффу.
"Найдите человека, которому можете довериться. Прикажите ему передать это королеве. Скажите ей искать убежища в монастыре святого Мартина или в Вестминстере. Однако, лучше встретьтесь с ней лично, Уилл".
"Не просите меня об этом, Ваша Милость". Голос Хаттклиффа прозвучал надтреснуто, загустев из-за овладевших им чувств. "Я последую за вами... будь дорога хоть до самих глубин ада".
Эдвард почти улыбнулся при словах соратника - почти. "Не так далеко, Уилл...по крайней мере, не сейчас. Сейчас мы отправляемся в Бургундию".
Бургундия. Произнесение вслух внезапно сделало происходящее реальным. Эдвард знал о важности времени, о том, что Джонни появится в Донкастере в течение часа. Тем не менее, какой-то миг стоял неподвижно. Потом, совершив усилие, вспрянул, ободряя взглядом товарищей. Энтони был ошеломлен. Уилл - бледен, но собран, хвала Господу за Уилла, и за Дикона.
"Храни тебя Бог, парень", - неожиданно вырвалось у Эдварда, "уже во второй раз ты пытаешься найти прибежище в Бургундии".
Ричард подошел к окну. Сейчас, когда худшее стало известным, он считал эту отсрочку невыносимой. Нервы молодого человека воспринимали все, словно обнаженные, они напряглись от необходимости действовать, уехать отсюда. Те несколько моментов, когда Нед писал Елизавете, растянулись для него на целую жизнь, и с каждой наступающей минутой Ричард ожидал услышать звуки приближающейся вражеской армии, отдающиеся во дворе. То, что врагом оказался Джонни, а бегство подразумевало изгнание на чужбину... Он на самом деле оцепенел, чтобы принять такое. Единственное оставшееся у Ричарда желание заключалось в выходе из комнаты, пробуждении от предутреннего кошмара, в который он столь внезапно провалился. Ставни были плотно заперты, сопротивляясь его пальцам, пытающимся их распахнуть. Но сейчас, что оказалось решающим, окно открылось, и Ричард резко дернул задвижку, заставив расколоться старую древесину, ворчливо поддающуюся нажиму.
При заставших его врасплох словах Эдварда, юноша обернулся, испытующе глядя на брата. Поколебавшись, он сумел выдавить более-менее приемлемую улыбку и неловкое пожатие плечами.
'Старые привычки тяжело умирают, Нед'.
Ответ был неожиданным. Эдвард пристально посмотрел на младшего, также улыбнувшись, убедительнее Ричарда, но все еще неестественно.
'Так водится у людей, братишка', мрачно произнес он. 'Поэтому, предлагаю скакать так, словно от скорости зависят наши жизни... Хотя так оно и есть'.
