Эдвард мрачно выслушал новости. 'Мы в западне. Позади - Монтегю, впереди - Уорвик, Тюдоры - несомненно поднимают уэльсцев. И куда нам идти, чтобы набрать людей?'
Даже Ричард Глостер осознал, что не сможет добраться до своего любимого Йоркшира, чтобы собрать там полки, и взирал на брата в пораженной тишине.
'Что нам делать?' - спросил Гастингс, и Энтони прибавил: 'Моя бедная сестра! Нам надо пробить дорогу к ней, сир'.
Эдвард покачал головой. 'Какая ей будет польза от меня мертвого? А я точно погибну, ибо нас обложили со всех сторон. Уорвику я живым не нужен, можете мне поверить, но также можете поверить, что Елизавете он зла не причинит, по крайней мере, не сейчас. Что до меня, что до меня, то, во имя Господа и Его Матери, я выживу, дабы сразиться в другое время'.
'Да', - согласился Ричард. В его серых глазах зажглись искорки. 'Куда нам отправляться, брат?'
Эдвард по-приятельски обнял Ричарда за плечи. 'Почему бы нам не поплыть к нашей сестре Маргарет? Бургундии не хочется получить Францию с основательной опорой на Англию. Мы безотлагательно поскачем к побережью'.
Король распустил свое скромное войско в замковом дворе, адресовав солдатам добрые слова и поблагодарив за оказанную службу, так что многие из них ощутили, как на глаза наворачиваются слезы. 'Я вернусь', - пообещал Эдвард. 'Роза Йорков не увяла, даю вам клятву, - она снова распустится. Только будьте готовы к моему возвращению'.
Затем - вместе с Ричардом, Гастингсом, Хамфри, Энтони, Томасом Говардом и еще несколькими сторонниками собрался выезжать. Эдвард уже хотел подниматься в седло, когда под сводчатую въездную арку влетел очередной гонец.
'Милорд', - воскликнул посланник. 'Я следовал за вами на протяжении всего пути от Лондона. Я был в Рипоне, но вы к тому моменту его покинули. У меня для вас письмо - из Франции'.
Эдвард взял помятый документ и надломил печать. По ходу прочтения сначала возникла гримаса, потом король вдруг сухо расхохотался. 'Иисусе, Джордж действительно непредсказуем! Дикон, он пишет, что наш кузен Уорвик его унизил, что все идет совершенно не так, как Джордж ожидал, что хочет вернуться ко мне. Говорит, что может оказать неоценимую помощь! В день, когда мне потребуется помощь Джорджа, я несомненно с позором попаду впросак! Ручаюсь, сейчас он уже успел поменять свое мнение'.
Ричард забрал письмо и лично перечитал. 'Кажется, что каждый, кому не лень способен играть на нем', - сухо произнес он.
Эдвард поднялся в седло. 'Замечательно, но у нас нет времени, чтобы думать об этом. У меня только один брат, на которого я могу положиться. Выбрав девизом: 'Верность связывает меня', Дикон, ты совершил верный выбор'. И Ричард, вспыхнув от тихого удовольствия, тоже сел на коня, чтобы поехать рядом с братом.
Весь день они гнали лошадей, останавливаясь лишь, чтобы дать тем отдохнуть, и, когда сгустились сумерки, то застали всадников на заболоченном побережье. Путешественники отыскали несколько скромных моряков, наняли их и отплыли. Но ночь была до непроглядности темной, поднялся сильный ветер, и лодки оказались слишком малы для открытого моря. Наперекор буре и брызгам, заставлявшим волосы липнуть к лицу, Эдвард схватился за мачту и расхохотался, увидев Хамфри. 'Тошнит, дружок? Я и не сомневался, это море не из добрых, да и корабль у нас не подходящий. Хвала Богу, если наши штурманы довезут нас до Линна'.
Скитальцы добрались до гавани к утру, но Хамфри, к своему отвращению, был положен настолько низко из-за терзавшей его дурноты, что мог лишь отдаться на милость тошноты, после чего Фитчет с оруженосцем вынесли молодого человека на берег. Но даже на твердой земле желудок продолжал тяжело содрогаться, а ноги отказывались держать хозяина.
'Мне надо отыскать судно, которое отвезет нас в Бургундию'. Эдвард подошел и встал рядом с лежащим в гавани у стены и накрытым плащом Хамфри. 'Сожалею, друг мой, но тебе лучше остаться здесь'.
Хамфри попытался вытянуться во весь рост. 'Милорд, мне сейчас станет значительно лучше. Мое место - близ вас'. Но при взгляде на вздымающиеся на манер скал серые волны его дурнота снова заявила о себе, и Эдвард покачал головой.
'Тебе чересчур плохо. Благодарение Богу, у меня желудок для моря крепкий. Томас Говард должен отправиться в убежище Колчестерского монастыря, а тебя я прошу поехать в дом твоей жены - в Эшвелторп или же в Стенстид Холл, к нашему дядюшке, и ждать меня там. Когда я вернусь с помощью от сестры, я пришлю тебе весточку. В том, что я вернусь, даже не сомневайся'.
Слабый и дрожащий Хамфри поднял взор на мощную, полную решительности фигуру и попытался изобразить легкомысленную улыбку. 'Сир, я не сомневаюсь', - ответил он. И не позволил своим людям отнести его под крышу, пока не увидел, как корабль с Эдвардом исчез с горизонта в сумраке октябрьской ночи.
