– Да-да, спасибо, – отмахнулся Ярослав, занося чемодан в коттедж. Дана задержалась на пороге дома ручной рубки.
– Спасибо вам, Максимилиан. Вы очень добры, – искренне поблагодарила она управляющего. Тот засмущался, щеки его заалели.
– Ну что вы, сударыня. Это моя работа. Вы, главное, про вечерочек-то не забудьте. Мы и наряды в старорусском стиле для вас подготовили. Ох весело будет!
Управляющий поклонился Дане и развернулся к тропинке, что вела по холмику вверх, к другим постройкам. Их с Ярославом коттедж окружала зелень березок, кусты роз да белеющие клумбы метельчатых флоксов. Сладкие запахи цветов смешивались в жарком воздухе в чудную симфонию «дачного» аромата. «Может, и правда удастся отдохнуть? Развеюсь, и волнения схлынут», – подумала Дана, входя в коттедж. Она хотела было прикрыть за собой дверь, но отпустила ручку. Дорожная сумка шлепнулась на пол. Во дворе мелькнул прозрачной дымкой женский силуэт. Девичий хохот послышался угасающей мелодией, будто издалека. Дана попятилась, шагнула к окну и наткнулась спиной на напольное зеркало. Она обернулась и вскрикнула. Вместо себя Дана увидела девицу в белой рубахе, которая мертвенно-бледными руками поправляла на голове венок из полевых цветов.
– Я пришла за тобой, – нечеловеческим голосом сказала девушка. Из ее открытого рта текла вода. Отчаянный вопль Даны наполнил дом.
Ноги вязли в болоте. Трясина стремительно затягивала Дану, хоть та и старалась не двигаться. Гнусное болотце окружала чернота леса. Смрад гнилой воды ударял в ноздри. Дана чувствовала, как глаза обжигают слезы, застилают пеленой взгляд. «Я не могу умереть вот так, не могу! Не такой смертью!»
– Помогите! – истошно закричала она. – Кто-нибудь меня слышит?
Где-то ухнула сова. «Вот и весь ответ» – с тоской подумала Дана, стараясь замереть на месте. Руки ее были плотно прижаты к телу. Но даже дыхание давало возможность трясине медленно тащить жертву на дно. Дана ощущала склизкую воду, что противными ледяными щупальцами пробиралась ей под платье.
– Дай руку, – раздалось сверху. Глухой, странный голос, принадлежащий женщине, которая долгое время хранила молчание. «Словно разучилась говорить», – отметила Дана и подняла взгляд. Ей протягивала длинную и бледную руку девица в венке. Подол ее рубашки намок от соприкосновения с кромкой болота.
– У тебя нет выбора, ну же, – прохрипела мертвячка. Дана глядела на нее расширенными от страха глазами. Лицо ей показалось смутно знакомым. «Наверное, она когда-то была даже красивой». На белом как мел лице виднелись серые впадины вместо щек, бескровные губы раздвинулись в подобии улыбки. Точно два тлеющих уголька, Дану прожигали антрацитовые глаза.
– Не забирай меня, – взмолилась Дана, чувствуя, что трясина поглотила ее по пояс.
– Пока не заберу.
Дана сделала рывок, выбросила руки, цепляясь пальцами в ледяную плоть. Девица рассыпала по лесу неприятный смех.
– Ха-а-а, – резко выдохнула Дана. Она очнулась в комнате с деревянными стенами на мягкой двуспальной кровати. Около нее с обеспокоенным видом сидел Ярослав.
– Проснулась? Напугала меня своим воплем. Спустился, а ты уже в обмороке на полу валяешься. Еще и зеркало разбила, – с раздражением произнес муж. Беспокойство его исчезло без следа. «А может, он и вовсе не волновался за меня. Никогда», – ужалила ядовитая мысль Дану, но произнести она смогла только:
– Зеркало?..
Дана села в постели, запустила пальцы в волосы.
– Донес тебя на руках, потяжелела ты, конечно. Может, тебе к врачу обратиться, что-то с тобой неладное творится.
«Определенно», – хмуро согласилась жена, но вслух сказала:
– Который час?
– Да уже седьмой пошел. У озера суматоху навели. Костры пособирали высоченные, вынесли столы. Постояльцев уговаривают посетить баню и переодеться в льняные лохмотья, – пробурчал Ярослав, поднимаясь с кровати.
– А, праздник, точно, – отозвалась Дана и поглядела в незашторенные окна. Солнце скрылось, у берега искрились огоньки зажженных костров.
– В баню не пойду, обойдусь душем. Убрали осколки внизу? – Дана старалась звучать равнодушно, но из головы не шел образ девицы в белом, что заставил голос дрогнуть.
– Да убрали все давно. В общем, я в баньку. Ты развлекайся. Найдемся потом. – Ярослав хлопнул жену по бедру, та поморщилась. «Как собаку, ей-богу», – она с омерзением посмотрела на розовеющий след, оставленный ладонью мужа.
Предоставленная сама себе, Дана быстро приняла душ, вытащила из чемодана свободное светлое платье. Атлас ощущался на коже приятной прохладой. Влажные волосы она отбросила за спину, влезла в простые белые кеды. «Сойдет, у костров плясать в самый раз», – заключила Дана. С опаской поглядевшись в зеркало над дубовым комодом, она выскользнула из комнаты.
На первом этаже в зале с камином царила чистота. Разбитое зеркало и его осколки убрали. Преодолевая страх перед местом, где показался фантом, Дана ускорила шаг и почти что выбежала во двор, забыв запереть дверь.
