- Знаешь, как говорится, нельзя получить всё и сразу. Я должна переживать за него в достаточной мере, чтобы остаться, и ставить его предпочтения на первое место, - я вскочила на ноги, чтобы отодвинуться от неё подальше. - Но мне запрещается переживать слишком уж сильно и осложнять отношения.
- Лена, подожди.
- Думаешь, я не знаю, что он очень ранимый?
Эв взяла блокнот и тоже встала.
- Мне кажется, в данный момент в этом плане вы с ним одинаковы.
И, скорее всего, в этом она была права. А ещё, вполне возможно, я слишком остро отреагировала.
- Что за шум? - спросил Джимми, появляясь внизу у лестницы, выглядя при этом далеко не ранимым, если не сказать больше.
Зашибись. Теперь здесь был и Дэвид. Он обеспокоенно посмотрел на Эв.
- Детка?
- Это я виновата, - сказала Эв, переминаясь с ноги на ногу. - Я сказала то, чего не должна была говорить.
- Лена? - Джимми начал подниматься ко мне.
Дэвид увёл Эв, оставляя меня с Джимми наедине.
- Нет, я... чёрт, - я прислонилась к стене, чувствуя себя в десять раз глупее и морально вымотанной. - Всё нормально.
- Ничего подобного. Не лги мне. В чём дело? - спросил он, останавливаясь на пару ступенек ниже меня. Теперь мы были почти одного роста.
Блин, как же он прекрасен, что внутри, что снаружи, и ему никогда не быть моим. Данный факт чётко и ясно отложился в моей голове, и из-за его неоспоримости мне не оставалось ничего, кроме как, окаменев, стоять на месте. Но я всё-таки надеялась остаться рядом с ним, поддерживать его, выполняя работу, которую желала, но в то же время, не хотела всем своим сердцем.
- Я снова повела себя до жути непрофессионально, - ответила я.
Джимми прищурился.
- И всё?
Это был риторический вопрос, но я восприняла его серьёзно. Внутри меня бушевали эмоции, создавая дикий хаос. Дело было не только в отсутствии профессионализма с моей стороны.
- Мне нужны утешительные объятия, - выдала я.
- Что? - охренел Джимми.
- Обнимашки, - кивнула я, загоревшись идеей. - Да, именно это мне нужно. Давай, я не стану напоминать о твоём косяке, связанным с тем фарсом на моём свидании с Беном. Но, знаешь, прошлый вечер с Рисом выдался тоже довольно паршивым.
У него открылся рот, но я продолжила свою тираду.
- Джимми, сейчас ты мой самый близкий друг. А такое звание предполагает определённые обязанности.
С широко раскрытыми глазами и страдальческим видом он долго и вопросительно смотрел в потолок.
- Твою ж мать. То есть следить за тем, чтобы твой любимый шоколадный торт с кремовой начинкой постоянно был в холодильнике в тех самых числах месяца недостаточно? Неужели мне ещё и объятия придётся терпеть?
- Да. Видимо, придётся, - по идее, его слова о торте не должны были меня удивить, но удивили. Мы жили вместе уже несколько месяцев, и для человека, которого я когда-то расценила как эгоцентричного, Джимми делал странные вещи. Месячные, которые наступили посреди утра, определённо объясняли моё дерьмовое настроение в последние сутки. - Хотя за торт я благодарна.
- Не стоит. Я не обнимаюсь, - ответил он.
- Все обнимаются.
- Не я. Прикосновения не по моей части, - он скрестил руки на груди, затем опустил их. - Только если за ними последует секс, а этим мы заниматься не станем.
Он пытался меня шокировать. С этим его качеством я уже была знакома. Интересно, насколько шокированным был бы он, если бы такое предложение поступило бы от меня. Но я осталась невозмутимой.
- В прошлом месяце ты прикасался ко мне не меньше шестнадцати раз. К прикосновениям ты предрасположен лучше, чем думаешь.
У него снова расширились глаза, потом опять сузились.
- Ты же взяла эту цифру просто с потолка, да?
- Ты считаешь стаканы с алкоголем, а я считаю прикосновения.
- Хм. Я не стану обниматься.
- Ты мужик или тряпка? - спросила я с вызовом.
- Твой босс.
Хороший ответ. И всё же, в Кер-д’Алене, когда Джимми нуждался в утешении, он просто схватил меня. Без лишних слов и обсуждений. Блин, да он никогда не интересовался, чего хочу я, просто делал то, что хотел. А то, что хотела сейчас я, это был Джимми. И каждая моя молекула знала об этом.
К чёрту всё это. Я ринулась к нему.
Охнув, Джимми поймал меня и вцепился руками в мою талию. Мои руки крепко обернулись вокруг его шеи. Я могла нечаянно сломать нос о его ключицу, но это не имело никакого значения. Теперь он был обязан утешить меня, в физическом плане. А на боль в переносице можно не обращать внимания. Джимми застыл на месте, я почти ощущала его страх. Но стоять вот так, настолько близко к нему, было для меня равноценно нирване.
Абсолютному чистейшему блаженству.
Он затаил дыхание, но затем его грудь начала быстро подниматься и опускаться, соприкасаясь с моей. Я ждала, когда он оттолкнёт меня, или, скорее, отдерёт с помощью лома. Понемногу его твёрдые, как камень, мышцы стали расслабляться. Его рука неуверенно похлопывала меня по спине, сбившись с ритма. По всей видимости, годы музыкальной карьеры и его врождённый природный талант потерялись из-за моих объятий. Ах, вот это, понимаю, сила, я никогда его не отпущу.
Наше дыхание отдавалось эхом по лестничному проёму.
- Лена?
- Ш-ш-ш-ш, я наслаждаюсь моментом.