— Один вроде бы от передозировки лекарства, другая с крыши соскочила. Естественно, имело место разбирательство — сначала врачебное, но до суда дело не дошло. Возможно, следовало с этим разобраться, но мое дело — расследовать обстоятельства пожара, а не выяснять подноготную главного… Короче, после случившегося Воронца попросили из столицы, но кто-то, видать, подсуетился подыскать ему «теплое» местечко — так он и оказался в означенной клинике в качестве главврача. Но мы говорили об Арояне, вот на него досье, — и Бурленко вытащил из папки один листок.
— Так мало?
— Да тут, в сущности, только диагноз интересен. У него был синдром Хи… Хика… Хикикомори, во!
— Это что-то японское?
Бывший следователь кивнул.
— Я повыяснял, что это за зверь. Синдром Хикикомори, оказывается, недавно вошел в обиход, но интересен тем, что выявлен и классифицирован он действительно в Японии. Это такое явление, когда человек не выходит из дома, не может общаться с собственной семьей и даже в магазин выйти не в состоянии.
— Впервые о таком слышу!
— Я тоже раньше не слышал — век живи, как говорится, век учись… И дураком помрешь! Люди с этим синдромом не ищут работы на протяжении многих лет, им не удается установить отношения с другими людьми, обзавестись семьей. Иногда они выходят из дома, но выбирают место и время так, чтобы исключить возможность случайной встречи со знакомыми.
— И этот ваш… Ароян относился как раз к таким пациентам?
— Более того, он был единственным с таким диагнозом, и им занимался сам Воронец. Он написал об Арояне несколько статей и очень гордился, что в его заведении оказался такой необычный больной.
— Вот уж повод для гордости! — хмыкнула Рита.
— Мне кажется, когда человек долго общается с психами, он просто не может не «заразиться» и тоже сходит с ума. Во всяком случае, полностью нормальным точно нельзя назвать ни одного психиатра — это, разумеется, мое личное мнение!
— Само собой. Так почему вас заинтересовал этот парень?
— Ну попробуем поразмышлять. Если для его заболевания характерен страх перед общением и агорафобия, то с какого перепугу он подался бы в бега? Скорее всего, сидел бы в своей палате, и, даже если б жив остался, его отдирали бы от спинки кровати плоскогубцами!
— Да, верно… А он, значит, сбежал?
— Вместе с Коломийцем, чья палата оказалась почему-то незапертой, и этой самой Еленой Свирской, которая вас интересует. Совершили они побег в группе или по отдельности, установить не удалось, но то, что потом отыскались их тела, всех троих вместе, говорит в пользу первого.
— Как могли такие разные люди сбиться в кучу? — недоуменно спросила Рита. — Вы сказали, тела нашли — как они умерли?
— Их убили.
— Всех троих?!
— Дело в том, что на этой трассе примерно в то время орудовала банда. Они убивали автовладельцев, грабили и отбирали тачки. Все на них и списали.
— При чем тут сбежавшие пациенты, у них же не было машины?
— Да, думаю, никто особо не заморачивался — так удобно, особенно с учетом того, что покойники никому нужны не были!
— А почему решили, что это именно они — экспертизу проводили?
— Бог с вами, какая экспертиза! — отмахнулся Бурленко. — Они были одеты в больничную одежду с клеймом заведения. Их доставили по месту жительства, то бишь к Воронцу, а он скоренько их кремировал по причине отсутствия родственников!
— А как же вы такое допустили?
— Так трупы нашли уже после того, как я на пенсию вышел, — как снег сошел, так они и нарисовались. Мне бывший коллега позвонил — думал, мне спокойнее станет, если я узнаю, куда пропали эти трое. А я, наоборот, еще больше заинтригован!
— Почему же?
— Из-за репортажа по телику. Родственники разыскивали молодоженов, которые путешествовали автостопом и перестали отвечать на телефонные звонки примерно в то же время, как произошел пожар в психбольнице.
— Их нашли?
— Нет. Журналистка провела собственное расследование и проследила путь парня и девушки до тех пор, когда они поймали машину у одной подмосковной деревушки. С этого момента их следы теряются.
— Думаете, они тоже могли стать жертвами автобанды? О нет, погодите, вы считаете, что…
— Лично я могу только предполагать. А предполагаю я, что те трое, кого нашли в лесочке, и были несчастные молодожены и водитель машины.
— А наши пациенты, значит, отобрали у них тачку и продолжили путь?
Бывший следователь только плечами пожал. Рита ненадолго задумалась.
— Вы, конечно, не запомнили имена парня и девушки? — пробормотала она несколько минут спустя.
— Ну почему же? На память не жалуюсь! Да я записал даже, вот, — и он извлек из папки клочок бумаги: — Полина и Вадим Киселевы. А водителя звали Егор Шутов, он тоже числится пропавшим.
— Так это же… Полина и Вадик! — чуть не взвизгнула Рита.
— Вам знакомы эти имена? — удивился Бурленко.
— Иван Михалыч, вы не станете возражать, если я все дело почитаю? И кое-что сфотографирую на телефон?
