Заложив пальцы в рот, Кира свистнула мужчинам внизу, привлекая их внимание. Не у всех были луки в руках и она не удержалась от того, чтобы не дать и им свой настоятельный совет. Изобразив, как стреляет из лука, она провела пальцем по всей линии. Намёк был понят – луки пошли по рукам. Приглядев выпирающий каменный выступ, обросший кустарником, Кира взобралась на него. Отсюда местность хорошо проглядывалась и ей не мешали деревья ни по бокам, ни прямо перед ней. С этой высоты даже часть дороги в ущелье была видна, и по ней как раз мелькала толпа неприятеля. Затаив дыхание, люди в горах с напряжением всматривались, пытаясь посчитать количество. Лишь спустя четверть часа первые разведчики осторожно заглянули на глухую тропу, в то время, как основное движение текло в ущелье. Маленькая передышка, которая осаждённым пошла на пользу.
Ларс дал воинам знак, чтобы они присели (не стоит сразу показывать врагу своё количество) и оглянулся, бегло осматривая линию фронта. Встретившись с Кирой глазами, он показал ей большим пальцем вверх, говоря: «Мы готовы». Она ответила тем же жестом. Присев на колено, сняла с плеча винтовку, быстро проверила её, расстегнула патронташ и вложила первый патрон в затвор. Оценив на глаз расстояние, переставила прицел.
«Заметят – не заметят?» – загадывали женщины, кусая руки и испуганно поглядывая вниз. Чтобы сдержать слёзы от чрезмерных переживаний, успокаивали ещё более перепуганных детишек. «И нам страшно. Но у нас есть храбрые защитники, они не дадут нас в обиду. А ещё вон та тётя с ружьём. Как её звали – Кира? Помнишь, что она сказала – никуда не бежать и бросаться камнями. Вот, возьми камушек и сожми его в ручке, сразу спокойней станет…»
Неприятельские разведчики быстро смекнули, что к чему. Когда основные силы хлынули в ущелье, они уже выяснили местонахождение добычи. В скором времени вся орда уже текла через перекрёсток, накапливаясь у изножья горы. Остановившись там, они изучали сложившуюся ситуацию. Навскидку воинов было больше сотни – против сорока мужчин, треть которых и воинами трудно было назвать. И одного быка, который с грозным видом смотрел на пришельцев. Эту зверюгу никаким способом не удалось заставить подниматься со своим грузом в гору, который он исправно тащил за собой по дороге, и его отпустили, не желая попадаться под бодливые рога. Недовольный бык гордо сбежал с того места, где заупрямился дальше идти (да хоть десятеро меня тяните – не ступлю ни шагу дальше!), и направился по тропе. Но не назад, откуда они пришли, а вперёд. Почему – одному ему известно было. Поняв, однако, своим бычьим умом, что не туда пошёл, зверь вскоре развернулся. Увидев людей, он остановился, вскинув голову и вынюхивая чужаков. Те в свою очередь не сочли его особенно опасным – он стоял в отдалении, а им не нужно было так далеко идти. Заприметив баррикады, южане после краткого совещания начали растягиваться по склону, формируя свой порядок: впереди воины с щитами и ударным оружием, за ними арбалетчики.
Кира оглянулась на своих стрелков. Те с взволнованными лицами взирали на надвигающееся войско, в рядах которого можно было увидеть достаточно много арбалетчиков, которым им предстояло противостоять. Это было неравное соотношение ни по количеству, ни по опыту. Чтобы придать им немного уверенности, Кира ещё раз показала на направление, которое они должны были прикрывать. Лучники кивнули ей, стараясь унять волнение и испуг.
Вскинув винтовку, Кира прицелилась. Враг был сейчас примерно на расстоянии той первой косули, которую она подстрелила на день своего рождения. Это, конечно, далеко не предел досягаемости её пуль, но на этой дистанции Кира могла уже с уверенностью стрелять. Как всё-таки хорошо, что они выше своих врагов! В обратном случае много пуль ушло бы в землю, не долетев. И свои люди у неё не стоят на линии обстрела, так как они ниже её.
«Дыши ровно и не торопись. Проследи за целью, кто это и как ведёт себя, и попробуй предугадать следующий шаг. Никогда не трать патроны впустую и спускай курок только тогда, когда уверена, что попадёшь. Будь спокойна, как будто ставишь мат в два хода».
Спасибо, папа, за всё, чему ты её научил!
Первый выстрел прозвучал для всех неожиданно. Люди за баррикадами вздрогнули от громкого звука, перебившего общий гомон воинственных криков, которыми южане решили запугать их, прежде чем идти в атаку. Мужчины впереди обернулись на неё с жестами возмущения: «Что ты делаешь, сумасшедшая?! Зачем пускаешь драгоценные пули на ветер – далеко ведь ещё, не попадёшь!»
Во-первых: да, сумасшедшая, и вы это знали с самого начала! Во-вторых: ей нужно пристреляться, и первые пули скорее всего и так пойдут на ветер. В третьих: далеко для луков или если бы в её руках было гладкоствольное ружьё.
