Потом Оби-Ван долго думал, что именно стало той последней соломинкой, сломавшей спину банты. Поначалу он решил, что это был разговор, произошедший перед посвящением Энакина в рыцари. Они шли по коридору в Зал Совета, медленно, потому что Кеноби еще не до конца оправился от нежного гостеприимства Вентресс. Энакин фонтанировал словами и эмоциями, не зная, что происходит, а Оби-Ван неторопливо ковылял, пытаясь представить это как исполненную достоинства походку, и слабо морщился от боли, разрывающей голову на части. Потом Оби-Ван долго думал, что именно стало той последней соломинкой, сломавшей спину банты. Поначалу он решил, что это был разговор, произошедший перед посвящением Энакина в рыцари. Они шли по коридору в Зал Совета, медленно, потому что Кеноби еще не до конца оправился от нежного гостеприимства Вентресс. Энакин фонтанировал словами и эмоциями, не зная, что происходит, а Оби-Ван неторопливо ковылял, пытаясь представить это как исполненную достоинства походку, и слабо морщился от боли, разрывающей голову на части.
Annotation
Захарова Наталья Анатольевна
Часть первая Все тайное...
Часть вторая ...становится явным
Захарова Наталья Анатольевна
Соломинка
Звездные Войны, Звездные войны: Войны клонов (кроссовер)
Пэйринг и персонажи: Оби-Ван Кеноби, Энакин Скайуокер, Падме Амидала Наберри
Рейтинг:PG-13
Жанры:Драма, Фантастика, AU
Предупреждения:Элементы гета
Размер:Мини
Статус:закончен
Описание:Терпение мастера Кеноби было легендарным. Но и оно однажды лопнуло.
Посвящение:Вам.
Публикация на других ресурсах: Уточнять у автора/переводчика
Примечания автора: Что тут еще сказать?
Часть первая Все тайное...
Потом Оби-Ван долго думал, что именно стало той последней соломинкой, сломавшей спину банты.
Поначалу он решил, что это был разговор, произошедший перед посвящением Энакина в рыцари.
Они шли по коридору в Зал Совета, медленно, потому что Кеноби еще не до конца оправился от нежного гостеприимства Вентресс. Энакин фонтанировал словами и эмоциями, не зная, что происходит, а Оби-Ван неторопливо ковылял, пытаясь представить это как исполненную достоинства походку, и слабо морщился от боли, разрывающей голову на части.
Энакин то и дело на него косился, разглагольствуя о том, что он не ребенок, что он уже давно заработал звание рыцаря. Что под руководством Квай-Гона он уже давно стал бы таковым...
Кеноби с трудом удерживался от покачивания головой. Квай-Гон... Как всегда, разговоры о его погибшем мастере причиняли боль и неудобство. Да, он Джинна уважал и практически боготворил, но Оби-Ван отлично помнил, каким упрямым и насаждающим только свое личное мнение мог быть мастер, как он отпихивал его в сторону в моменты нужды, даруя утешение кому угодно, но не своему падавану. Да, к концу ученичества их отношения более-менее наладились, у них была сильная учебная связь... Что не помешало Джинну отбросить своего нынешнего ученика в пользу будущего. А ведь это было не в первый раз... Достаточно вспомнить отказ от Фимора.
Энакин знал Джинна только несколько дней. Что не помешало ему возвести незнакомца на пьедестал. Как же! Джинн сказал, что он будет джедаем. Вот именно...
Сказал.
Иногда Кеноби размышлял, а что бы сделал его мастер, если бы выжил? Позволили бы ему тогда взять Энакина в Храм? Если честно, то Оби-Ван сильно сомневался. Это ему позволили, благодаря сочетанию множества условий: гибель мастера, убийство ситхов, угрозы самого Оби-Вана оставить Храм, да и еще по мелочи...
Так что, скорее всего, нет. Слишком разозлился тогда Совет на самоуправство Джинна. Да и демонстративное выпинывание падавана на рыцарские испытания тоже выглядело отвратительно: за две недели до этого Квай-Гон громко и недвусмысленно заявлял, что Оби-Ван не готов. Что ему надо многому научиться. И тут такой резкий разворот... Положение Энакина: не возраст и рабство отпугнули и насторожили Совет, люди попадали в Храм и в более позднем возрасте, да и зачастую с гораздо худшим багажом за плечами. Достаточно Рама Коту вспомнить.
Нет, Совет увидел повторение истории Ксанатоса. Тогда Джинн тоже орал, что вот это тот самый Избранный. Мальчишка тоже имел семью. Квай-Гон тоже просто жаждал его обучить. И чем все закончилось? Невзирая на многочисленные попытки достучатся до погрязшего в самоуверенности Джинна?
Вот то-то и оно.
Самому Оби-Вану тоже хватало. Шок от гибели мастера, непонимание падавана... Он сам был ребенком. Если бы Энакин вырос в Храме! Если бы он хотя бы хотел учить все, что и остальные дети... Если бы он хотя бы слышал то, что ему говорят.
Если бы...
Множество 'если' с двух сторон, ведь Оби-Ван постоянно сомневался в себе. Не перегнул ли он палку? Правильно ли поступил? Понимает ли он вообще желания и поступки своего падавана? Он воспитывал Энакина так же, как Джинн воспитывал его, но все равно мучился и переживал, что делает все неправильно - не лучше, а только хуже.
Ведь ему никто не помогал, только давили со всех сторон, а Кеноби слишком привык прятать свои слабости: его мастера они никогда не интересовали и в расчет никогда не принимались.
Все чаще Кеноби уныло думал о том, что он плохой мастер, а Квай-Гон был бы для Энакина гораздо лучшим наставником. Он слабо улыбнулся падавану, ответив что-то невпопад.
- Квай-Гон был бы лучшим мастером, чем ты! - неожиданно резко выкрикнул Скайуокер, и Оби-Ван едва не споткнулся, получив в очередной раз подтверждение своим сомнениям и страхам. В глазах Энакина сияла враждебность, тем более непонятная для мужчины, что он не мог четко сказать, чем это вызвано. Ведь еще недавно Скайуокер искал его, наплевав на запреты, Кеноби был так рад, что его падаван жив, что искал его, подыхающего в проклятой ситхской маске. Ему казалось, что между ними разбилась та невидимая стена, которая все росла и росла с начала войны...
Эта фраза проколола сердце, как стилет. Насквозь.
Кеноби машинально спрятал в рукава трясущиеся руки, от падавана пахнуло виноватым извинением... Мужчина на миг замер, чувствуя, что шатается и сейчас упадет, но привычно собрал волю в кулак, направившись к двери.
