Она стояла за спиной сына. Дрожа от усталости, держалась за его плечи. Стоять ей было сложнее всего. Начинали ныть ноги. Идти или медленно бежать сейчас было бы проще.
— Почему ты пустил нас? — настороженно спросил Артём.
Он ещё не знал, насколько опасен монгол. Прежде всего хотел разобраться в происходящем. По-прежнему поглядывал на Солонго.
— Я много раз предлагал вам уйти. Вы сами выбрали свой путь, — глухо ответил Чартымай.
— Ты мог нас убить. Но не сделал этого. Почему? — настаивал Артём.
Монгол не ответил.
Солонго скользнула за спину беглецам. Пробежала до другой стены. Словно хищник, кружащий вокруг жертвы. Готовящийся к последнему броску.
— Сол, объясни, — не оборачиваясь, попросил Артём. — Что бы ни случилось дальше, мне кажется, мы заслужили объяснения.
В ответ была тишина. Слышалось лишь громкое, беспокойное дыхание папы.
— Мы в вашей власти, — продолжал Артём. — У нас нет оружия. Мы ослабли. Нам всё равно не уйти, если вы нас не отпустите. Так хоть объясните.
— Что ты хочешь знать? — наконец промолвил Чартымай.
— Почему? Почему ты не убил нас раньше?
— Саян-мерген ошибся… — тихо, шипя, протянула Солонго.
Она приблизилась к Переваловым. Обошла их кругом. Остановилась напротив и с нежностью посмотрела на юношу. Артём сделал к ней шаг, понимая, что она хочет говорить с ним лично. Мама, лишившись опоры, вздохнула. Какое-то время ещё постояла на месте, а потом опустилась на камни.
— Саян-мерген должен искупить ошибку, — всё так же тихо продолжала Солонго.
Она медленно шла вокруг Артёма. Юноша боялся пошевелиться, словно этим мог отпугнуть девушку.
— Когда Чартымая посвятили в Стражи, злой Эрге, сын Олохоя, предрёк ему много страданий. Сказал, что он станет последним. Что других саян-мерген не будет. Эрге давно ушёл в Священную рощу, туда, где может ходить только Олохой. Ушёл к Матери. Но его предсказание всегда туманом висело над Чартымаем.
— Он не твой отец? — прошептал Артём. — Тебя украли?
— Моя мать стала женой Чартымая.
Юноша кивнул, показав, что понимает эти слова.
— Должен был родиться ол, но родилась кэс, — продолжала Солонго. — Кэс не могла стать Стражем. Её должны были убить. Чартымай не позволил. Сказал, что других урух у него не будет. Олохой простил. Чартымай должен был доказать остальным свою силу. Но ошибся. Чужак приблизился к Священной роще. В месяц айкыслай, когда цветёт сарана, он принёс смерть.
— Дедушка… — Артём насторожился. — Ты говоришь про моего дедушку?
— Ворон узнал его планы. Увидел его карты. И сказал Чартымаю.
— Кто… что… О чём ты? Какой ворон? — рассеянно шептал Сергей Николаевич.
— Ворон не ошибся. Знал, что не все следы развеяло. Знал, что придут другие. И пришли вы.
— Ворон… Гускун из Кырена… Участковый! — догадался Артём, вспомнив разговор, подслушанный ночью во дворе дедушкиного дома — тот самый разговор, с которого начались его тревоги.
— Да, — Чартымай кивнул. — Он уже ходил по вашим комнатам, искал следы. Но не нашёл. А теперь появились вы, и кто-то вскрыл стены. Кто-то искал, значит, было что искать.
— Дедушка! Что случилось с дедушкой?! — настаивал Артём.
— Я был не так хитёр. Виктор Каюмович догадался. Понял, что я без всяких карт и рисунков хорошо знаю путь. Сбежал. Сумел запутать следы. Я решил, что он испугался и вернулся в Кырен. Я отправился в село, торопился перехватить карту. Сжечь её вместе с рисунками. Тогда не пришлось бы никого убивать. Эрге говорил, что меня погубит моё сердце. Когда я понял, что твой дедушка меня обманул, было слишком поздно. Я не успел его остановить. Он видел Священную рощу. Он видел воинов Урух-Далх. Он взял золото. Взял то, что принадлежало Матери.
— Что с ним случилось? — сжав кулаки, повторил Артём.
— А ведь мы до твоего дедушки и не знали о проходе через водопад.
— Что с ним случилось!?
— Он ничего не боялся. Ушёл во второй раз. Я ждал. Мы встретились на берегу озера. На берегу Ишхэн-Ехе-Нура. Он понял, что я близко — слежу за палаткой. Понял, что я пришёл за ним. Виктор Каюмович разрезал тент. Пытался убежать. Он был один.
— И ты? Ты его убил?
— Озеро его приняло. Как раньше, за многие годы, принимало и других. Я саян-мерген. Никто не должен знать пути к Священной роще. Но мой прадед ошибся, не заметил беглого преступника.
— Дёмина?..
— И это было началом наших тревог.
— Ну что ж, вашим тревогам пришёл конец! — крикнул Сергей Николаевич. — Теперь все знают, как найти вашу Священную рощу!
— Ты можешь остаться, — прошептала Солонго в самое ухо Артёму.
— Что? — не понял юноша.
— Чартымай привёл вас сюда, чтобы оставить тебя. Ты должен стать Урух-Далх.
— Ерунда какая-то… — качнул головой Артём.
— Всё закончилось, Джамбул! — продолжал Сергей Николаевич. — Карта и рисунки опубликованы в моей газете. О нашей экспедиции знает весь Иркутск. Что бы с нами ни случилось, сюда придут другие люди. И даже тысячи таких, как ты, не смогут защитить это место.
— Ты говоришь неправду, — спокойно ответил Чартымай.
