— Поступим следующим образом, — вздохнул Сергей Николаевич. — Тебя, Кузьмич, и тебя, Джамбул, я отпускаю. Чего вам тут торчать? Езжайте назад, в Кырен. А мы с Баиром задержимся на недельку. Раз уж забрались в такую глушь, так хоть сфотографируем каких-нибудь животных. Вон Мишаня обещал нам красного волка и снежного барса.
— Я ничего не обещал, — отозвался заспанный профессор, он только что вышел из палатки. Ещё не успел почистить зубы, но уже натирал губкой свои ботинки. — Просто сказал…
— Не важно. Разберёмся. Если я вернусь с пустыми руками, редактор меня заживо съест. Вот… Так что всем спасибо за чудесную поездку. Наша экспедиция подошла к концу.
— Это вряд ли, — сухо бросил Юра. Скрестив руки на груди, он исподлобья смотрел на Сергея Николаевича.
— В каком смысле?
— А как же золото? — осклабился Слава. Его и без того приплюснутый нос стал ещё шире, показал свою несимметричность — правая ноздря была чуть взгорблена.
— Что? — растерялся Сергей Николаевич.
— Золото, — повторил Юра.
— Вот чудаки, наслушались профессорских сказок?
— Я ничего такого не говорил, — сквозь зевоту промолвил Тюрин.
— Вот и помолчи.
Сергей Николаевич хотел сказать что-то ещё, но тут зашумели кусты. Он подумал, что наконец вернулся сын, по словам Марины Викторовны, сбежавший утром в лес. Уже приготовил для него несколько грубых слов, но увидел, что на поляну выходят два бурята. В зелёных маскировочных костюмах, с ружьями наизготовку.
— Кажется, у нас гости, — Сергей Николаевич опустил руку на револьвер.
В лагере стало тихо.
Джамбул схватил ружьё. «Значит, Артём был прав!» — понял Сергей Николаевич. Отпрыгнул к палатке, возле которой стояла жена. На ходу прицелился в монгола, но, к его удивлению, Джамбул поднял ружьё совсем в другую сторону — угрожая охотникам. Сергей Николаевич растерялся, не понимал, что делать.
— Брось! — Братья Нагибины одновременно навели стволы на Джамбула.
— Что это значит?! — вскрикнула Марина Викторовна.
— Значит, что ваши сказки закончились, — процедил Юра. — Началась суровая правда жизни.
— Кузьмич! — Сергей Николаевич покосился на егеря. Тот, кажется, не замечал происходившего. Всё так же неспешно, бережно подрезал ногти.
Именно в эти секунды вернулся Артём. Не разглядев, кто в кого целится, он был уверен, что засада, устроенная Джамбулом, сработала. В любой момент могла начаться перестрелка. Оставалось только непонятным, зачем Солонго украла приметы, если монгол всё равно задумал силой захватить власть в экспедиции.
Юноша не знал, как поступить. Помочь родителям он уже не мог. У него не было даже подаренного егерем ножа — тот остался в рюкзаке. Что он сделает, один против вооружённых охотников?
Артём отступил на несколько шагов. Подумал, что в его силах только спрятаться, а потом издалека наблюдать за происходящим. «Нет, нет, это глупо. И что? Буду просто смотреть, как всех убивают?»
Сделав ещё несколько шагов, юноша решил уйти назад, по тропе. Добраться до Шаснура — села, где они наняли лошадей; обо всём рассказать местным жителям. Они не оставят в беде Баира с Ринчимой. Позвонят в Кырен. А там прилетит вертолёт МЧС. «Да, так будет лучше всего». Артём вздрогнул, представив, какой ему предстоит путь. «Пешком не пройти. Слишком долго. Да и как я доберусь — без еды, без одежды? Без ботинок! Такому на Малом море не учили. Значит, надо украсть лошадь. Спрятаться. Пусть думают, что я потерялся. А потом… Нет!» Артём хлопнул себя по лбу. Вопреки всем страхам и обидам понял, что не сможет оставить родителей. Потом не простит себе, если с ними что-то случится. Он не знал, как им помочь, но хотел быть рядом.
— Энэ ямар шудхэр бэ? — кто-то схватил юношу за шиворот. — Поймал крысёныша!
Это был третий охотник. Худой, невысокий, но сильный, с цепкими пальцами. Он грубо вытолкал Артёма на поляну.
— Очир, где девчонка? — спросил у охотника Юра.
— Хэншье угы hэн. Гансал энэ гулгэн.
— Значит, ищи дальше. От девчонки больше проблем.
— Ага, она вас быстренько выследила, — рассмеялся Слава. Светлая чёлка задрожала на его лбу. — Ещё в первый день.
— Молчи, — одёрнул его брат.
Охотник опять скрылся в кустах.
— Артём, — Марина Викторовна хотела подойти к сыну.
— Стой, где стоишь! — крикнул один из охотников.
— Не надо, — Сергей Николаевич рукой остановил жену. — Фёдор Кузьмич, может, объяснишь, что тут происходит?
— Заткнись, — сплюнул Юра, поглядывая на Джамбула. Тот по-прежнему не опускал ружья. — Чего тебе непонятно? Думал нас обдурить, а в итоге сам остался в дураках. Всё просто.
— Как два пальца об асфальт, — хихикнул Слава.
— Ружьё опусти, — Юра теперь смотрел прямиком на Джамбула. — По-русски ты говоришь, может, и считать научился. Нас шестеро. Ты один.
— Нас двое, — отозвался Сергей Николаевич.
— Оба бросайте. — Слава прицелился в Артёма.
Пришлось повиноваться.
Видя, как монгол нехотя опустил ружьё, как зло смотрит на охотников, подошедших связать ему руки, юноша понял, что жестоко ошибся, но было поздно.
— Молодец. Теперь ты.
Сергей Николаевич медленно положил револьвер на землю.
