Сережу Есенина я видела и в Константинове, где мне приходилось бывать в доме Ивана Яковлевича Смирнова, а позже — в Солотче. Знала я и подругу Анюты Марию Бальзамову. Анюта была смуглая, бойкая, а Мария — светловолосая, нежная. Из разговоров девушек я поняла, что Есенин более близок к Марии. В школу в Солотчу Есенин приезжал в 1912 или в 1913 году, когда у Серафимы Алексеевны отдыхали Анюта и Мария. Однажды Есенин привез с собой гармонь и играл на ней вечером, частушки пел. Ночевал он вместе с братом Серафимы Алексеевны, Николаем, в одной из комнат нашей квартиры, мы ставили для них койки-раскладушки.
Есенин переписывался с Анютой, и я видела у нее эти письма. Припоминаю, что однажды Анюта и Мария учили роли какого-то спектакля, который, кажется, они ездили ставить в Константиново. Вот и все как будто. Что знала, то и рассказала…
Школа, о которой тепло и задушевно вспоминали С. А. Сардановская и А. А. Волкова, находится рядом с поселковым Советом — улица Революции, дом № 22. Низкая, деревянная, крытая железом, утопающая в зелени, с березками под окном — в ней есть что-то поэтическое, есенинское. Расположение помещений в ней, по словам местных жителей, почти не изменилось. С волнением входишь в бывшую квартиру Серафимы Алексеевны Сардановской: здесь останавливался Есенин!
Теперь не только школа, но и вся Солотча с ее окрестностями становится нам дороже. Поэт жил здесь — пусть короткое время, совершал прогулки и, может быть, обдумывал свои стихи…
С 1911 года его жизнь тесно связана с флотом. Сначала матрос, потом машинист на крейсере «Аврора», унтер-офицер, Петр Иванович всегда жил интересами простого народа. Ему верили, его любили товарищи.
С первых лет службы он включился в революционную деятельность. После Февральской революции, в конце марта 1917 года, Курков вошел в первую группу большевиков на «Авроре», а затем был избран депутатом в Петроградский Совет.
После июльских событий Временное правительство организовало расправу с большевиками. Курков вместе с шестью авроровцами попал за решетку, в «Кресты». Тюрьма, где он познакомился с видными большевиками В. А. Антоновым-Овсеенко и председателем Центробалта П. Е. Дыбенко, способствовала его политическому росту. Курков и его товарищи были выпущены из тюрьмы после неоднократных протестов матросов.
Приближался Великий Октябрь. Накалялись политические события. Революционный крейсер «Аврора» был страшен Временному правительству, и оно сделало попытку выпроводить его из Петрограда. Этому помешали большевики крейсера, в числе которых был и Курков. По приказу Военно-революционного комитета крейсер подошел к мосту, готовый стрелять по Зимнему дворцу.
Курков — активный участник гражданской войны. В 1919 году в должности комиссара действующего отряда кораблей он был одним из руководителей подавления мятежа на «Красной Горке».
После ликвидаций кронштадтского мятежа Курков был комиссаром линейного корабля «Севастополь» и участвовал в разгроме белогвардейских частей Юденича.
В 1921 году Петр Иванович был избран членом Военно-революционного комитета Балтийского флота. С окончанием гражданской войны началась большая работа по восстановлению флота, который остался без топлива и людей. И в этом деле — большая заслуга П. И. Куркова.
В 1924 году Курков был вызван на службу в Москву, в Управление начальника морских сил республики, где ведал вопросами технического снабжения Военно-Морского Флота. Вскоре он стал заместителем начальника морских сил РККА, и, наконец, последняя его должность — заместитель командующего Черноморским флотом. Таковы основные вехи биографии этого замечательного человека.
Мне довелось встречаться и говорить с людьми, которые близко знали Петра Ивановича. Рассказы их помогают ярче представить его образ.
Живет в Рязани друг детства П. И. Куркова пенсионер Иван Иванович Грошев. Вместе они учились в старой солотчинской школе, были неразлучны до призыва в армию.
— Отец мой был печником, трубы чистил. А все Курковы были потомственными кузнецами. Дед Петьки, Григорий Кондратьевич, стал и внука кузнечному ремеслу обучать. Весело и звонко пошло у него дело, я любовался его ловкостью, даже завидовал. Братья Петьки, Федор и Иван, тоже дельные были ребята, сметливые в делах, трудолюбивые. Но старший, Федор, приохотился к водке, от нее, видно, и помер рано. Иван хотя и держался в границах, но тоже любил выпить. «Мне такая жизнь ни к чему. Я пить не буду», — говорил Петька. И что ж, сдержал свое слово: всю жизнь спиртного не употреблял. Завидной силы воли был мой товарищ.
