— Я была целиком поглощена ей. Мне хотелось передать ощущение восторга, владевшего мной. Да, наверное, вы правы, я действительно была счастлива, рисуя замок… И счастлива сейчас, когда просто смотрю на него.
— Вам надо побывать там, — сказал он внезапно. — Хотите, я проведу вас туда?
"Да!" — чуть не вырвалось у меня. Но разве могла я просто взять и пойти туда. Если бы я не была Найтингейл Сноу отверженной внучкой лорда Китчестера, то, не раздумывая, согласилась бы на эту авантюру. Старичок молчал, ожидая моего ответа. Он сидел, повернувшись лицом к замку, и делал вид, что увлечен его созерцанием, сощурив глаза от слепящего солнца.
— Расскажите мне лучше про своих хозяев? — вместо этого попросила я его.
— А вам все еще интересно слушать старика?
— Конечно! Мне интересно все, что связано со здешними местами.
— И к чему такое живое любопытство, а, мисс?
— Любопытство, особенно женское — дело необъяснимое! О нем даже легенды слагают!
— Ха, действительно, нашел, о чем спросить, старый дуралей! — он прищурился и понимающе кивнул. — Только…не боитесь, что найдете здесь свой "ящик Пандоры"?
— А что, наступит конец света? Или в Китчестере так много скелетов в шкафу, и они вывалятся наружу, если я чуть-чуть приоткрою дверцу и загляну за завесу?
— Подглядывать нехорошо, разве вас этому не учили?
— Нет, меня вообще мало чему учили! Я росла сама по себе.
— Вот и хорошо! Это только на пользу, когда родители и няньки не вбивают в ребенка различные глупости, которые сами считают крайне нужными для жизни.
— Вы такой необычный! — рассмеялась я.
Он и вправду был не таким как все. Хотя он и выглядел смешным, но порой в его голосе проскальзывали жёсткость, а лицо становилось суровым, отчего морщины будто разглаживались и не казались такими уродливыми. В такие моменты он немного пугал меня, и я корила себя за то, что веду себя с ним слишком легкомысленно, вместо того, чтобы быть настороже.
— Род Китчестеров один из древнейших в Уилтшире, — начал рассказывать старик, — и живут они здесь с незапамятных времен. Свою родословную, как гласят предания, они ведут от Вильма Снежного. И от его прозвища образовалась их английская фамилия Сноу. Первым графом Китчестером стал сын Снежного. Вильгельм пожаловал ему титул графа за преданность отца и его самого. Он же начал строительство замка.
— А кто этот Снежный?
— Он являлся родственником нормандского герцога Роберта Дьявола, отца Вильгельма. Будущий король Англии был побочным сыном, но герцог признал его наследником, хотя многие бароны были недовольны. Когда в 1035 году Дьявол умер, поднялось восстание против маленького бастарда. Один из тех, кто поддержал сторону наследника и впоследствии отправился с ним в Англию — был его дядька Вильм Снежный, прозванный так за свои белые волосы. Он обладал буйным нравом и не брезговал ничем в достижении цели, в том числе и насилием. В предании говориться, что, когда Вильм был еще юнцом, он возжелал невинную девицу, которая к тому же была слепа. Он силой добился своего и, насытившись, оставил ее умирать. Мать девушки прокляла его и весь его род. С этого момента и до самой смерти он и его потомки должны были носить печать убийцы. В тот же миг черные прежде волосы Вильма побелели. С тех пор в роду некоторые мальчики рождались с белыми волосами.
— Значит это и есть печать убийцы, и они такие же жестокие, как и Снежный?
— Как знать, это же всего лишь предание.
— А у графа тоже белые волосы? — я не помнила, чтобы Мэг что-нибудь говорила об этом.
— Сейчас седые, но когда-то были чернее смоли. Насколько я знаю, в ветви графа уже несколько поколений не было никого с белыми волосами.
— А как же Дамьян?
Старичок крякнул от удивления.
— Вы полны сюрпризов! Откуда вы знаете Дамьяна! Хотя с этим негодником уже знакома половина Уилтшира, причем не с самой лучшей стороны… Его семья имеет к роду самое отдаленное отношение. Дед мальчика — какой-то дальний родственник Сноу, что-то вроде троюродного внучатого племянника кузины прабабки нынешнего графа Китчестера… Я не слишком то хорошо разбираюсь в этих родственных дебрях… Но как ни странно, именно Дамьяна природа наградила белыми волосами, а не прямых потомков Снежного.
— Может быть потому, что он похож на этого вашего Снежного. Он действительно совершал те вещи, о которых говорят?
— Знаете, барышня, говорят о многом, но я не удивлюсь, что он совершал и такие вещи, о каких предпочитают помалкивать.
— Но ведь он еще мальчишка!
— Вот уж не соглашусь с вами! Уже в четырнадцать лет он был самостоятельным человеком, который зарабатывал деньги, кормил свою мать и приказывал самому графу!
— Но как же так? Расскажите!
— Вы совсем старика запутали! То про одно "расскажите", то про другое, то третье… Не все же сразу. Будьте терпеливы!
— Терпение не входит в список моих достоинств!
— Давайте сделаем так. Чтобы окончательно не запутаться, при каждой новой встрече я буду рассказывать вам о чем-то одном. И вам понятно и мне не надо напрягать свой дряхлый мозг.
— Хорошо, если вам так удобно. Сама то я готова слушать вас хоть до самого вечера.
