Богини девственной округлые черты,Во всем величии блестящей наготы,Я видел меж дерев над ясными водами.С продолговатыми, бесцветными очамиВысоко поднялось открытое чело, —Его недвижностью вниманье облегло,И дев молению в тяжелых муках чреваВнимала чуткая и каменная дева.Но ветер на заре между листов проник, —Качнулся на воде богини ясный лик;Я ждал, – она пойдет с колчаноми стрелами,Молочной белизной мелькая меж древами,Взирать на сонный Рим, на вечный славыград,На желтоводный Тибр, на группыколоннад,На стогны длинные… Но мраморнедвижимыйБелел передо мной красой непостижимой.<p>Кусок мрамора</p>Тщетно блуждает мой взор, измеряя твоймрамор начатый,Тщетно пытливая мысль хочет загадкурешить:Что одевает кора грубо изрубленной массы?Ясное ль Тита чело. Фавна ль изменчивыйлик,Змей примирителя – жезл, крылья и станбыстроногий,Или стыдливости дев с тонким перстомна устах?<p>«С корзиной, полною цветов, на голове…»</p>С корзиной, полною цветов, на головеИз сумрака аллей она на свет ступила, —И побежала тень за ней по мураве,И пол-лица ей тень корзины осенила;Но и под тению узнаешь ты как разПриметы южного созданья без ошибки —По светлому зрачку неотразимых глаз,По откровенности младенческой улыбки.<p>«Питомец радости, покорный наслажденью…»</p>Питомец радости, покорный наслажденью,Зачем, коварный друг, не внемляприглашенью,Ты наш вечерний пир вчера не посетил?Хозяин ласковый к обеду пригласилВ беседку, где кругом, не заслоняя сада,Полувоздушная обстала колоннада.Диана полная, глядя между ветвей,Благословляла стол улыбкою своей,И яства сочные с их паром благовонным,Отрадно-лакомым гулякам утонченным,И – отчих кладовых старинное добро —Широкодонных чаш литое серебро.А ветерок ночной, по фитилям порхая,Качал слегка огни, нам лица освежая.Зачем ты не сидел меж нами у стола?Тут в розовом венке и Лидия была,И Пирра смуглая, и Цинтия живая,И ученица муз Неэра молодая,Как Сафо, страстная, пугливая, как лань…О друг! я чувствую, я заплачу ей даньЛюбви мечтательной, тоскливой, безотрадной…Я наливал вчера рукою беспощадной, —Но вспоминал тебя и, знаю, вполпьянаМешал в заздравиях я ваши имена.<p>«В златом сиянии лампады полусонной…»</p>В златом сиянии лампады полусоннойИ отворя окно в мой садик бдаговонный,То прохлаждаемый, то в сладостном жару,Следил я легкую кудрей ее игру:Дыханьем полночи их тихо волновалоИ с милого чела красиво отдувало…<p>«Уснуло озеро; безмолвен черный лес…»</p>
