– Тук-тук, прячешься, – освещая ее своим шаром, спросил Марк. – Глаза будут болеть, если будешь читать в темноте.
– Я не читаю, просто хочу побыть одна, – ответила она.
– Не самое лучшее место для уединения, пол все же холодный. Могу я присоединиться к тебе? – она кивнула, он прошел и сел с ней возле стеллажа, кладя рядом свою трость. – Ты всегда любила библиотеки и всегда пряталась между стеллажей, помнишь первый год в академии. – Марк улыбался, она кивнула.
– В библиотеке мне всегда было уютно. – сказала она.
– Леон хотел поднять весь дворец на ноги. Почему ты прячешься? Он тебя обидел?
– Нет, что ты, нет, просто, я не знаю. Он чужой. – сказала она и замолчала, смотря перед собой. – Устроили ромашку, выйдет – не выйдет, любит – не любит. Никто не захотел поинтересоваться чего же хочу я. Всем плевать.
– Не правда, если бы всем было плевать, тебя бы не искали всю ночь по лесу. Мы все очень испугались, особенно Леон. Ты бы его видела, он был в отчаянии.
– У него синяк на щеке и губа разбита, ты же видел. Если бы не я ничего бы не было. Посмотри на меня, ну какая из меня жена и уж тем более хранительница. Он уже собирается заказывать корону. Просто быть девушкой, но сложно быть женой и хранительницей. Он слишком торопит события.
– То, что он получил синяк и разбитую губу, так это он сам виноват. Я знаю он может быть очень раздражительным и нетерпеливым. А еще я думаю ты будешь прекрасной женой и мудрой хранительницей. Леон никогда не посмеет обидеть тебя, это я знаю точно. – сказал он, беря ее за руку, а она облокотилась на его плечо.
– Расскажи что-нибудь – попросила она.
– Он рассказал тебе про свой обет?
– Да, о сделке, да, но не о причине столь отчаянного поступка.
– Он был молод, мы все были молоды, только закончили академию, когда равновесие пошатнулось, а после он потерял всех родных и близких, потерял родителей.
– Я видела монстров, это было страшно, очень страшно, не представляю, как вы справились.
– Да, после того как проход между мирами закрыли на него свалились обязанности и одиночество, он был опустошен, и ему нужен был кто-то кто будет рядом, и не просто рядом, а тот, кто не уйдет, кто будет с ним всегда. Он решился на сделку, иногда отчаяние заставляет нас совершать отчаянные поступки, но его к тому же был тщательно обдуманный, он знал на что идет.
– Неужели никого не было рядом, ты только посмотри на ситуацию, как ты говоришь, молодой правитель, хранитель ночи, завидный жених или я не права.
– Да, может и права, но если и были, то хотели быть не с ним, а с короной на голове и уж точно никому не было интересно, что творилось у него в душе, а это все временно, не навсегда.
– А ты был рядом все это время? И Кейдан? Трудно наверно было с ним?
– Да, он предложит стать советником, и я согласился, и Кейдан, мы были друзьями, я знал его не простой характер. Может быть, если бы он не предложил, я бы стал ювелиром, как и отец, он до сих пор занимается этим делом и ему помогает Роберт.
– Ты волнуешься о нем? О Роберте.
– Он мой младший брат, конечно, я волнуюсь. Он многое не говорит мне, но я думаю с Эвой они знакомы давно. Никто не будет заступаться за малознакомую русалку.
– Может ты плохо его знаешь, он же добряк Роберт, всегда готов помочь. Как и ты, хоть и не стал ювелиром, зато ювелирно латаешь людям души, своей заботой и любовью, но забываешь про себя, кто же излечит твою душу, кто позаботиться о тебе?
– Я не забываю про себя.
– Забываешь. Я знаю кто может о тебе позаботиться, и ты тоже, я вижу, как ты на нее смотришь. – она оторвалась от его плеча и посмотрела на него. – Но ты не видишь, как она смотрит на тебя.
– Я не могу. Посмотри на меня. Я раненый солдат, а твоя сестра-нежный цветок. – он покачал головой.
– Нежному цветку нужна забота, а твоя трость шикарный временный аксессуар.
В этот момент в библиотеку вошла пантера и стала громко мурлыкать возле меня, выдавая мое местонахождение. Афина выпустила шар синих искр, освещая меня.
– Подслушивать не хорошо, – упрекнула она меня, и я подошел к ним.
– Ты заставляешь меня волноваться. – сказал я, помогая Марку встать. – Готова идти спать. – спросил я, подавая ей руку, она кивнула, и я взял ее на руки, отдавая ей туфли.
– Афина, спасибо и спокойной ночи. – сказал Марк, когда мы подошли к лестнице.
– Спокойной ночи, Марк.
– Я хочу кое-что сделать, если позволишь? – спросил я, когда мы вошли в ее комнату.
– Что? – спросила она. – Ты меня пугаешь. Что ты задумал? – я потянул ее из полутьмы комнаты в гардеробную к большому зеркалу.
– Не переживай, все будет хорошо. Я хочу надеть на тебя амулет.
– Зачем?
– Увидишь, – подойдя к ней сзади, я надел на нее амулет, но ничего не происходило.
– Он очень красивый. – сказала она, вертя его в руке, рассматривая. – Ой, и становится очень горячим. Так должно быть? – я кивнул и обнял ее, прижимая к груди.
