Реакция весьма двусмысленная. С одной стороны, Александр Исаевич осудил названную публикацию и даже отмежевался от нее, но с другой — не отказался от авторства опубликованной под его фамилией статьи.
Прошло совсем немного времени, и появилось интервью с Н. А. Решетовской, в котором она заявила: «…идея книги возникла у Александра Исаевича еще в 60-х годах. Тогда мы активно общались с семьей профессора Николая Кобозева, жена которого Эсфирь Ефимовна — еврейка. В огромной библиотеке профессора, где любил проводить время Солженицын, существенная часть книг была посвящена еврейским вопросам» (5).
А далее, как утверждала Н. А. Решетовская, «где-то в конце 80-начале 90-х годов» сын Н. И. Кобозева Алексей предложил ей купить сохранившуюся у него рукопись статьи А. И. Солженицына о евреях. «Я, — читаем мы в интервью Натальи Алексеевны, — даже не знала о ее существовании, но, конечно, выкупила рукопись… за достаточно большую сумму и отдала на хранение в Пушкинский дом в отдел секретных рукописей» (6). «…Это состоящее из нескольких десятков страниц научное исследование», по ее словам, и «разрослось до двух томов “Двести лет вместе”» (7).
Тем самым Наталья Алексеевна признала, что специальная статья А. И. Солженицына по еврейскому вопросу все-таки существовала. Открытым оставался лишь вопрос: ее ли опубликовал А. И. Сидорченко? Ответ на этот вопрос дал сам Александр Исаевич изданием второго тома своей книги «Двести лет вместе». Как уже отмечено в печати, между этим томом и статьей «Евреи в СССР и в будущей России» имеется целый ряд текстуальных совпадений, а глава о лагерях вошла в книгу почти полностью. Вот только одно сопоставление (текстуальные расхождения выделены жирным шрифтом):
После этого все сомнения относительно авторства статьи «Евреи в СССР и в будущей России» рассеялись. В связи с этим в феврале 2003 г. главный редактор газеты «Еврейские новости» Н. Попирный обратился к А. И. Солженицыну с открытым письмом, предлагая ему дать разъяснения (8). С тех пор прошло уже много времени, но Александр Исаевич хранит молчание. Да, и что тут скажешь[56].
С изданием книги «Двести лет вместе» была поставлена последняя точка в затянувшемся споре об отношении великого гуманиста к евреям. На память невольно приходит знаменитый Альхен — голубой жулик, который воровал и стыдился, стыдился и все равно воровал.
А ведь все началось гораздо раньше, еще тогда, когда А. И. Солженицын написал «Республику труда» и наделил самого отрицательного героя еврейской фамилией. И, хотя он уверял потом, что взял этот образ из жизни, такое объяснение никак нельзя признать серьезным. Ведь он же писал не историю конкретного лагеря. Затем появился роман «В круге первом», в котором некоторые читатели тоже увидели элементы скрытого антисемитизма (9).
Видимо, желая, чтобы его правильно поняли, в 1966 г. Александр Исаевич открыто встал на защиту евреев и в очерке «Пасхальный крестный ход» написал: «Евреев мы все ругаем, евреи нам бесперечь мешают, а оглянуться б добро: каких мы русских тем временем вырастили? Оглянешься — остолбенеешь» (10). Вот, ведь, как: евреев ругаем, а сами не лучше. Одно утешает, евреи евреями были всегда, а русских, от которых «столбенеешь», вырастили недавно, «тем временем». Значит, когда-то мы были не как евреи, все-таки лучше.
А вот возмущенные слова Александра Исаевича по поводу реконструкции Москвы из «Письма к вождям»:
Комментируя эти высказывания, А. Флегон ехидно спрашивал их автора: какие же нерусские архитекторы могли это сделать? чуваши? тунгусы? или, может быть, чукчи? (11).
Конечно, нет. Хорошо известно, что реконструкция Москвы осуществлялась под руководством Лазаря Моисеевича Кагановича, а главными его помощниками были архитекторы Н. Гинзбург и А. М. Заславский (12).
Это значит, и «ошалелая несыновья рука» была еврейской, и еврейским был «злой чужой топор». Как тут не вспомнить известную частушку: «Если в кране нет воды, значит выпили жиды» (13).
Но разве генеральная реконструкция Москвы осуществлялась бы по-другому, если бы ею руководил Н. С. Хрущев или какой-нибудь другой человек с русской фамилией?
Тем более, что Генеральный план реконструкции Москвы был разработан под руководством русского архитектора В. Н. Семенова (14).
