- Скоро покажу, - сказал Фошон. - Хоб, я рассчитываю на вашу помощь в этом деле. Более того, я настаиваю. Разузнайте о Стенли Бауэре все, что можно. Кому было выгодно его убрать? Дело, похоже, организовали весьма добросовестно. Разузнайте об этой «соме».
- Ладно. А что вы сделаете для меня?
- А я не стану отбирать у вас лицензию на занятие вашим никчемным ремеслом. Хотя мой начальник уже очень давно рекомендует мне это сделать. Хоб, я серьезно! У вас есть связи на Ибице. Вы можете разузнать все, что необходимо. А пока что не хотите ли вы позвонить Мариэль и сообщить, что задерживаетесь?
- Да ну ее к черту! - сказал Хоб. - Пусть себе бухтит!
- Вы отважный человек, Хоб Дракониан! - улыбнулся Фошон.
На следующее утро, едва Фошон успел сообщить о смерти Бауэра его ближайшему родственнику, брату, живущему в Англии, инспектору позвонили из нью-йоркской полиции. Звонил лейтенант Гериг, с которым Фошон несколько раз уже разговаривал. Они обменивались информацией и сотрудничали в работе по борьбе с международным наркобизнесом, в обход Интерпола, о котором оба были весьма невысокого мнения.
Покончив с официальными любезностями, Гериг сказал:
- Фошон, я к вам вот по какому делу. Мне попался любопытный случай, и я хочу знать, не сталкивались ли вы с чем-то подобным. Поначалу я решил, что это опиум…
Если вы в Нью-Йорке, и вам нужен опиум, отправляйтесь в Чайнатаун. В начале XIX века Китай два раза воевал с англичанами именно затем, чтобы воспрепятствовать ввозу опиума в страну. Но англичане настояли на своем: надо же было куда-то сбывать продукцию индийских маковых плантаций! А простым китайцам опиум нравился. Поначалу столицей торговли опиумом был Кантон, потом Шанхай, позднее Гонконг. Но к семидесятым годам прошлого века ситуация переменилась. Зачем возиться с опиумом - раскуривать трубку, делать пару затяжек, потом выбивать трубку - и начинай сначала, - когда можно получить многократно усиленный эффект от героина? Сделать героин - раз плюнуть, а рынок куда шире, чем рынок опиума. Потом вошел в моду кокаин, и времена натуральных наркотиков кончились. В двадцатом веке десятки Чайнатаунов, разбросанных по всему миру, сделались главными рынками сбыта опиума. И прочих экзотических натуральных наркотиков. Поэтому лейтенанта Герига совсем не удивил тот факт, что в одной из дыр, которые растут как грибы в районе Четем-сквер - только успевай выщелкивать! - был найден труп неизвестного, скончавшегося от передозировки наркотика.
- Но это был не опиум, - сказал Геригу сержант, прибывший на место раньше лейтенанта. Они стояли на углу Восточного Бродвея и Клинтон-стрит, и лица их попеременно делались то синими, то красными в свете полицейских мигалок.
- Откуда вы знаете? - спросил Гериг.
- А вы взгляните на того мужика, - ответил сержант. - Зрелище малоприятное, но поучительное Он в квартире 15-А.
Гериг вошел в подъезд, поднялся по лестнице в пять ступенек, по бокам которой красовались две переполненные урны, набитые гнилыми апельсинами и китайскими газетами. Входная дверь с разбитым стеклом, затянутым прочной металлической сеткой, была отперта. За дверью - длинный коридор. Полопавшийся линолеум на полу, облупившаяся краска на потолке, тусклые лампочки свечей на сорок. У лестницы стояли две старые китаянки. Они что-то залопотали, указывая Геригу наверх. Гериг начал подниматься по обшарпанной лестнице. Унылые этажи, китайчата с раскосыми темными глазами, выглядывающие из-за дверей, закрытых на цепочку Желудок у Герига протестующе выворачивался - лейтенанту всего месяц как прооперировали грыжу. В такие минуты, как эта, он не находил в своей профессии решительно ничего романтичного. Еще один этаж - четвертый, что ли? Смерть не считается с такими мелочами, как грыжа старшего лейтенанта полиции. Не говоря уж о варикозном расширении вен. На пятом этаже ждал китаец - мужчина средних лет в неопрятном белом костюме и панаме.
- Сюда, - сказал он Геригу, указывая на открытую дверь в конце коридора.
- Кто вы такой? - спросил Гериг.
- Мистер Ли, агент владельца здания Мне позвонил жилец, и я сейчас же приехал.
- Откуда?
- Из Стайвезент-тауна.
- Надо же, вы добрались быстрее, чем я из первого участка. Гериг направился к двери Китаец в белом костюме последовал за ним.
- Лейтенант! - сказал он. - Можно вас на пару слов, прежде чем вы войдете? Гериг обернулся. Могучий, крепкий мужчина, он был почти вдвое крупнее Ли, и, во всяком случае, на голову выше его.
- Что вы хотите, Ли?
- Я только хочу сказать, что ни владелец здания, ни жильцы не имеют никакого отношения к произошедшему.
- Не рановато ли вы начали выкручиваться? - поинтересовался Гериг. - По-моему, вам еще никто никаких обвинений не предъявлял.
