Объединенное Человечество 2468 года… Прекрасный новый мир, созданный стараниями тысяч пассионариев, среди которых – потомки Маруси Гумилевой.Лейтенант Матвей Гумилев только что закончил престижную лунную академию Космофлота. Перед ним открыты все дороги, но он выбирает самую трудную: службу в особой бригаде «Беллона», которая каждый день и каждый час противостоит межпланетной преступности. На космических трассах будущего неспокойно. Пираты, угнездившиеся в глухих уголках Солнечной системы, грабят караваны и похищают людей. Их агенты внедряются в крупнейшие корпорации с целью выведать современные технологии терраформирования. Полыхая огнем плазменных пушек, сражаются космические корабли на орбитах Юпитера и Сатурна… Редко доводится лейтенанту Гумилеву покидать кабину своего корвета. Но однажды он все-таки встречает девушку мечты: Анну Петровскую. Матвей и Анна, кажется, созданы друг для друга… Но они не знают, что судьба готовит им неожиданные испытания.
– Итак, господа кадеты… – доцент кафедры теории и практики противодействия глобальному экстремизму Мицар Егорович Жуматов провел ладонью по своей обширной лысине и окинул аудиторию усталым отеческим взглядом. Семинарское занятие подходило к концу. Вместе с ним подходил к концу семестр, а заодно и полный цикл обучения сидящих перед ним воспитанников Академии Космического Флота. – Вот вам последняя задачка.
По аудитории пробежала волна смутного оживления: прилагательное «последний» бодрило и звало, как выражались будущие пилоты, «на волю, в пампасы».
– Дано, – начал Жуматов с расстановкой. – На борт вашего корабля доставлены трое раненых в гражданских скафандрах без знаков различия. Каждый имеет проникающее ранение средней тяжести, сопровождающееся обильным кровотечением. Известно, что один из троих – штабной офицер пиратской группировки «Танцоры вечности». Кто – неясно. Вопрос: как с наименьшими затратами времени определить, кто именно пиратский офицер?
Ожидая ответа, Жуматов скользнул взглядом над стрижеными головами сидящих за одиночными партами кадетов.
Пауза длилась неожиданно долго, хотя задачка, по мнению Жуматова, вовсе не была трудной.
Впрочем, Мицар Егорович понимал: не о пойманной сволочи из шайки «Танцоры вечности» думают сейчас молодые орлы выпускники. А о близких госэкзаменах, о соревнованиях по боевому троеборью, о распределении, о женитьбе, в конце-то концов…
Наконец полностью синхронно поднялись две руки. Глаза Жуматова азартно заблестели.
– Отвечайте вы, Марципанов.
Марципанов – низенький, широкоплечий и курносый – обстоятельно начал:
– Ну, значит так, господин майор. Я бы попытался оказать на фигурантов психологическое давление… Но поскольку это почти наверняка ничего не даст, – Марципанов виновато развел руками, – то я бы ввел всем троим психоактивное вещество. «Рутения-Б» или даже «Галапагос», чтобы наверняка.
Глаза Жуматова погасли. Он не перебивал Марципанова, который, как всегда, не блистал, но ему с первого же междометия было ясно: ответ неправильный.
– «Сыворотка правды» подействует, воля отключится, мы опросим каждого, и вот тогда-то узнаем, кто там пиратский офицер! – торжествующе закончил Марципанов.
– Садитесь, спасибо. Есть другие версии? Можно вслух, без руки.
– Есть, Мицар Егорович! – бодро отрапортовал с задней парты лучший студент группы Гумилев.
– Опять вы, Матвей, – обреченно вздохнул Жуматов. – Впрочем, раз других желающих нет…
Гумилев встал во весь свой немалый рост, покосился на Марципанова и заговорил – быстро, дельно, словно бы куда-то опаздывая:
– У штабного офицера группировки «Танцоры вечности» кровь должна быть голубого цвета.
– А как ты узнаешь, голубого она цвета или какого? Резать каждого будешь, что ли? – возмущенно пробасил с места Марципанов.
– Внимательно слушать надо было условия задачи, – примирительно улыбнулся Гумилев. – Сказано же: у всех фигурантов – ранения и кровотечения.
– А-а, действительно, было такое! – Марципанов хлопнул себя по лбу. Мол, «балда я, балда».
Жуматов посмотрел на часы. До звонка оставалось три минуты.
– Садитесь, Гумилев. Все правильно. А теперь пусть кто-нибудь – только не Гумилев! – скажет мне, отчего у офицеров группировки «Танцоры вечности» голубая кровь.
Руку сразу поднял Прусаков – невысокий, с мелкими чертами на узком крысином лице молодой человек. Он был родом с Земли, из неудобопроизносимого захолустья.
Жуматов припоминал, что у этого Прусакова какие-то давние трения с Гумилевым. Доходило даже до дуэли, из-за которой обоих едва не выгнали. И выгнали бы, кабы не вмешательство влиятельных персон.
За Прусакова хлопотал его отец-бизнесмен. А за Гумилева – один весьма уважаемый генерал, без комментариев которого не обходится ни одна аналитическая программа на военно-космические темы.
Все это по секрету рассказала Жуматову офицер-секретарь деканата Нелли, на которую майор давно имел матримониальные виды.
– Говорите, Прусаков, – поощрил кадета майор.
– В крови «Танцоров вечности» повышенное содержание меди, связанное с намеренным и многолетним приемом ряда стимулирующих агрессивность препаратов!
– Точно так! – обрадованно сказал Жуматов. – Что ж, кое-чему я вас научил… И, если верить часам, пришло время прощаться, – голос майора дрогнул. – Господа кадеты! Через две минуты заканчивается последнее занятие девятого семестра. Мне нравилось работать с вами. Я, представьте себе, многому у вас научился! Ведь известно, что старый лис научится большему у юного простака, чем юный простак у старого лиса…
В аудитории заулыбались. Мицар Егорович, с его глазками-бусинами, редкими усиками над верхней губой и длинным острым носом, и впрямь чем-то напоминал видевшего сотни хитроумных капканов и пережившего добрую дюжину хвастливых охотников старого лиса.
