— У нас есть одна версия, — добавил Уилл. — Мужчина по имени Шипли, как предполагают, был убит во время взрыва на «Энтерпрайзе», но тело его так и не было найдено. Он имел опыт обращения с паровыми двигателями, и он жил в Лондоне. Керкленд в Глазго нанял людей, которым предстояло разузнать о Шипли все, что возможно, и только сегодня утром он получил информацию от своих осведомителей. Если Шипли жив и вернулся в Лондон… Скажем так, с ним будет весьма интересно поговорить.
Друзья Адама времени даром не теряли.
— По поводу вашего знакомого сыщика: он может одновременно заниматься расследованиями двух дел? У меня есть одно дело, которое также не терпит отлагательств.
— Расскажите мне, — участливо попросил Рэндалл, и, глядя на него. Мария решила, что он, наверное, успел забыть, с какой неприязнью относился к ней в самом начале их знакомства.
И снова ей пришлось повторить отчет о том, как прошел ее визит к нотариусу. Свой рассказ она закончила словами:
— Я хочу выяснить, что случилось с моим отцом. Если он действительно умер — так тому и быть. Но если он жив — где он находится все это время? Что с ним? — Она протянула свои записи Рэндаллу. — Здесь я изложила о моем отце все, что мне показалось полезным сообщить о нем для того, чтобы его было легче найти.
Рэндалл пролистал ее записи.
— Прекрасно. Я передам эти записки Робу. Возможно, он захочет встретиться и поговорить с вами лично. Как вы на это смотрите?
— Конечно, я согласна, — сказала Мария, удивленная его вопросом. — Зачем мне отказываться от встречи?
— Есть леди, которые считают, что для их нежных душ сыщики с Боу-стрит слишком грубая материя, — сухо пояснил Рэндалл.
Мария усмехнулась:
— Вы считаете меня леди? Я потрясена, но искренне польщена.
Уилл засмеялся, Рэндалл смущенно опустил глаза.
— Вы больше леди, чем я — джентльмен. Надеюсь, вы простите мою изначальную грубость?..
— Вы защищали друга. Как я могу вас за это винить?
— Многие люди не стали бы делать на это скидку. — Он сунул записи в карман сюртука. — Вы хотели бы узнать, где обитает Берк?
— Меня в первую очередь интересует отец. Но возможно, Берк располагает нужной информацией. — Мария поджала губы. — Если Берк солгал о смерти моего отца, он не достоин даже презрения.
— Прикажете его убить? — вежливо поинтересовался Рэндалл.
— Не искушайте меня! — воскликнула Мария, не совсем уверенная в том, что Рэндалл действительно шутил.
— Хорошо. Тогда я лишь слегка подкорректирую его лицо.
По особому блеску в глазах Рэндалла Мария определила, что он и в самом деле не шутил.
— Только не слишком усердствуйте, — сказала она не вполне искренне.
Язвительно она напомнила себе о том, что если бы она была настоящей леди, как ее воображаемая сестра Сара, то предложение Рэндалла ее бы шокировало. Но последние недели убедили ее в том, что образцом благочинности ей никогда не стать, так что лучше и не стараться.
Поскольку Адам отдыхал, друзья его ушли, так и не повидавшись с ним, и Мария отправилась на поиски мистера Формби. У секретаря Адама был свой просторный кабинет в тыльной части дома, и он с удовольствием сообщил Марии адрес в Линкольншире, где гостила Дженни Лоуфорд. Он также представил ей бумагу со штампом, дающим право на бесплатную доставку. Перед тем как отправиться в Шотландию, Адам оставил достаточно большое число листов со штампом для домашних нужд, и такими бумагами у Формби была забита половина выдвижного ящика.
Поднявшись к себе и снова сев за тот же письменный стол, Мария хорошенько подумала о том, что собирается написать, перед тем как коснуться пером бумаги. Не должно быть никаких намеков на то, что между ней и Адамом что-то происходит. Будет лучше, если, прочитав письмо, Дженни решит, что его написала женщина, которая могла бы приходиться Адаму заботливой тетушкой.
«Моя дорогая мисс Лоуфорд…» Она начала с того, что извинилась за то, что пишет женщине, с которой они официально не знакомы. Затем она вкратце изложила обстоятельства ее, Марии, знакомства с Адамом. И лишь затем она написала о самом главном.
«Естественно, Ваша матушка озабочена Вашим здоровьем, но, пожалуйста, если Вы настолько оправились от своей болезни, что можете путешествовать, возвращайтесь в Лондон как можно скорее. Эштон слишком тактичен, чтобы просить Вас ради него покинуть Линкольншир, но как озабоченный друг я чувствую, что должна дать Вам знать, что Ваш жених нуждается в том, чтобы Вы были рядом.
Искренне Ваша,
мисс Мария Кларк».
Со вздохом она запечатала конверт и передала его для отправки. Утром послание должно покинуть Лондон. Может, она и не была настоящей леди, но зато она старалась делать то, что пошло бы на пользу Адаму. Она надеялась, что на небесах ей зачтется этот благородный поступок.
Адам просыпался медленно, довольный тем, что голова не болит. Более того, в мыслях его появилась ясность, какой он не знал… очень долго.
