Мой взгляд скользил, не видя пред собою,Людей и бочек, выстроенных в ряд.Глаза закрыты были пеленою,Но замер вдруг блуждающий мой взгляд.Туман перед глазами растворился.Мне показалось, что я вновь уснул.Вдруг алый ротик как бутон раскрылся,Двумя рядами жемчуга блеснул.Она сидела, глядя не моргая.В глазах горел неистовый огонь.От преисподней только шаг до рая.Все загорится — только сердце тронь.Мы взглядами обнялись и застыли,И время свой остановило ход.Как будто небеса приговорили,Часы остановить свой хоровод.Казалось, будто знаю эти губыПять тысяч лет, или хотя бы три.И мне они так дороги и любы.Я их устами медленно раскрыл.Да, не приникнуть к ним я был не в силах.Вот крепко сжата нежная рука.Все тело, словно колос подкосило,И все обмякло, стало как мука.Как очутился рядом — не припомню.Ее коснулся ласковой рукой.И я услышал голос свой неровный:— Спасибо, что нарушила покой.Она своим ответом покорила,И голосочек нежен был и тих.Меня как будто в чем-то обвинила:— Забудешь сон и разорвешь свой стих?И понял я, что не имею право,Свой стих порвать и сладкий сон забыть.Мои стихи и чувства не забава,Я должен всеми фибрами любить.Мои стихи и я зачем-то нужен.Читают их и помнят наизусть.И буду я еще кому-то ссужен.Как сигаретный дым исчезла грусть.Румянец вдруг зардел на щечках белых.Она мне стала близкою такой.И наклонившись непослушным телом,Я локон взял шершавою рукой.Вдруг небо стало светлым и счастливым.Светила путеводная звезда.Она шептала голосом игривымСлова, что я не слышал никогда.С минуты той земля вращалась снова.Счастливые мелькали вечера.В стихи опять легко ложилось слово,И тело жгла любовная жара.Я вечерами, а потом и днями,А после и ночами был лишь с ней.Обнявшись, мы неслись под облаками.И я не видел ни ночей, ни дней.Я понял, для чего Творец дал губы —Для поцелуев и для нежных слов.Когда кого-то очень крепко любим,Вся жизнь — чреда неповторимых снов.По вечерам мы были с ней в «У бочки».Я кофе пил, читал свои стихи.Потом любви неистовые ночки,А днем в стихах замаливал грехи.Бежали дни, она была на свете,Мне ближе всех и я делился с ней,О каждом друге, о певце, поэте.Жизнь состояла из ночей и дней.Я ей давал всю душу без остатка.Не требуя обратно ничего.Мне было от любви тепло и сладко,Легко и весело, счастливо и светло.Она была все ближе и дороже.Я кончил новый сборник: «Жизнь без сна».Я понял, что любовь так много может.Настало лето, кончилась весна.А лето наши души не тревожит.Мой лучший друг в своих стихах писал:— Рожденный только брать — давать не может,И я слова ей эти рассказал.Да, не было на свете человека,Который был бы счастлив, так как я.Казалось будто это все навекиИ что Амуры горя не таят.
