Полностью погрузившись, я взяла флакон и капнула три раза, как это делала Дея. Так мало, а такой эффект. Скорее всего, это очень концентрированный раствор.
Я поставила флакон на край ванны, где он и лежал. Закрыв глаза, я почувствовала, как эта жидкость начала действовать. Мне без особых усилий получилось расслабиться и даже получить удовольствие. Я не помнила, что сегодня произошло. Я даже попыталась вспомнить, но у меня вышло. Настолько мне стало хорошо. Я хотела воспользоваться случаем, и попытаться разобраться в своих мыслях, но у меня не получилось. Потому что нет мыслей. Они вызывают у меня тревогу, беспокойство и боль. И мне сейчас не до них.
Я даже не чувствую своего тела. Я полностью растворилась в воде. Я не знаю, сколько я пролежала в воде, я потеряла счет времени. Все было хорошо, пока ко мне не вернулось чувство, что кто-то на меня смотрит.
"Не открывай глаза. Там никого нет", - твердила я себе. Я держалась. У меня получалось, пока этот кто-то не подошел ближе ко мне и не остановился прямо передо мной. У меня снова задрожали руки, и я еле сдерживалась, чтобы не закричать. Я дышала рывками. То часто, то редко, то вообще задерживала дыхание. Я думала, это предел, хуже быть не может, и я зарыдала, когда почувствовала этот взгляд прямо рядом со своим лицом.
"Не открывай глаза, не открывай, не открывай". Нет. Я должна убедиться, что тут никого нет.
Я не выдержала, и открыла глаза. Я не поняла, что я почувствовала. То ли удивление, что никого не оказалось, то ли огорчение, что я напрасно снова растревожила свои нервы.
Я опустила голову и попробовала отдышаться. Пару раз умылась. Я поняла, что действие успокоительного кончилось, и взяла флакон, чтобы добавить еще три капли. Первая, вторая, третья... Я внимательно наблюдала, как каждая капля падает. Когда на что-то смотришь внимательно, то кажется, что время замедляется. Представляешь все это в близости, и это тебя гипнотизирует. Я проснулась, когда третья капля ударилась об воду, и я увидела в отражении женщину с уродливым лицом, тоже смотрящую на упавшую каплю. Я вскрикнула и уронила флакон из рук. Подняв голову, я начала искать со всех сторон эту женщину, но никого, кроме меня, здесь нет. Когда я в этом убедилась, я осознала, что я опрокинула целый флакон успокоительного в ванну. Когда я попыталась встать, я уже почувствовала головокружение, и снова плюхнулась в воду. Тогда я попыталась вылезти, хотя бы на пол, потому что я могу утонуть в этой большой ванне, но тело стало тяжелеть, и я даже не смогла поднять руку. Я медленно скользила по ванне, пока не оказалась на воде. Погружавшись в нее, я оставалась в сознании, хоть и каждую секунду казалось, что все потухнет.
Передо мной мелькали мелкие волны, а я ждала, когда у меня кончиться кислород. Когда я уже это почувствовала, я увидела, что мелкие волны на моих глазах словно окаменели. Я протяжно подняла руку и прикоснулась к чему-то твердому. Я широко распахнула глаза. Я полностью приложила ладонь к поверхности и почувствовала жуткий холод. Это лед. Лед. Я собрала все свои силы и пыталась найти свободную от него поверхность, но ничего нет. Я полностью под слоем льда. Слишком поздно, это все уже не имеет значение. Все вокруг стало темнеть, я перестала двигаться. Свет потух в моих глазах.
Какой-то импульс заставил меня раскрыть глаза. Я быстро вынырнула, жадно заглатывая воздух, и стала вылезать из ванны. Мне было так холодно. Когда я потянулась за полотенцем, я заметила, что на мне сейчас сырая одежда. Такая же, какую я и сняла перед принятием ванны.
Я задумалась и начала вспоминать, что случилось. Щелчок в голове, и я все мигом поняла. Медленно повернувшись назад, я увидела себя. Я была обеспокоена, но пока дышала ровно и ритмично, хоть и трудно. Я помню это чувство. Чей-то взгляд, который пронизывал каждую мою клеточку. Я не могла поверить своим глазам. Это так непривычно и необычно. Не каждый день увидишь себя со стороны. Такое было лишь в моих кошмарах, но я потом почти сразу забывала все ощущения. Помню, что это было и все.
Я начала подходить к ванне. Я завороженно смотрела на себя. Я наблюдала, как у меня нарастало беспокойство и как все доходило до отчаяния. С каждым моим шагом я словно давила на саму себя. Вот как я выгляжу со стороны. Как маленькая испуганная девочка, молящая о помощи. Я это знала, но наблюдать за этим совсем другое.
Я подошла уже совсем близко к себе. Присев на пол, я увидела, что отчаяние достигло своего пика. Я начала плакать. Как же мне хотелось себя успокоить, сказать, что здесь никого нет, и я напрасно плачу. Но я не могла. Не потому что мне нечего сказать. Потому что я не могла произнести ни слова. Меня это насторожило. У меня не было ни единой идеи, пока я, наблюдая за собой, не вспомнила причину моего страдания.
