В этом же месяце, с согласия дона Кокжи, дон Боско вновь открывает ораторию имени Ангела Хранителя, находящуюся в предместье Ванхилия, которая была закрыта несколько месяцев назад. Она представляет собой два барака, две комнаты и небольшой зал, оборудованный под часовню. Аренда стоит девятьсот лир в год. Руководить ораторией будет дон Карпано, поручивший свою прежнюю ораторию Св. Алоиза дону Понте.
В предместье Ванхилия по-прежнему продолжаются ожесточенные схватки между бандами подростков. Дон Боско присылает на помощь дону Карпано берсальера Брозио, который там организует учебный батальон, всегда готовый не только к играм, но и к собственной защите.
«Однажды в воскресенье – рассказывает Брозио – около сорока хулиганов, вооруженных камнями, палками и ножами, пытались проникнуть на территорию нашего заведения. Испуганный директор дрожал, как осенний лист. Увидев, что негодяи готовятся к драке, я закрыл двери, собрал своих старших ребят и раздал им деревянные винтовки. Потом разделил ребят на отряды и приказал, в случае нападения, по сигналу броситься одновременно со всех сторон, не щадя ударов. Самых младших, плакавших от страха, я укрыл в часовне. Затем отправился к главным воротам, которые уже форсировались нападающими. Тем временем кто-то сообщил кавалерии о происходящем нападении и на помощь прибыл отряд с обнаженными саблями».
Все кончилось благополучно.
18 ноября к дону Боско переселился его давний друг из семинарии в Киери, дон Джиакомелли. Он остался в Вальдокко на два года. С его помощью, а также с помощью семинариста Асканио Савио, дон Боско смог увеличить число ребят в «приюте» до тридцати. В 1852 году их будет 36, в 1853 – 76, еще через год – 115. В 1860 году – 470, а в 1861 – 600, потом число увеличится до 800.
Жизнь этих ребят и в дальнейшем была очень убогой. Зимой они мерзли в часовне и других помещениях. Тепло бывало только в кухне и одной комнате, где находилась печка. Матрацы, набитые шерстью или волосом были редкостью. Это могли себе позволить лишь немногие. Большинство спало на матрацах, набитых сухими листьями или соломой. Скромный общий капитал дон Боско доверял Джузеппе Бузетти, которому в 1849 году исполнилось лишь 17 лет. Он был ошеломлен оказанным ему доверием. По воскресеньям воспитанники интерната вместе с пятьюстами приходящих в ораторию участвуют в играх и прогулках.
В конце 1849 года, когда многие в Турине терпят голод (как отмечают хроники), в жизни дона Боско отмечено несколько удивительных событий. Их можно было даже назвать скромными чудесами, которые он выпросил для бедного народа.
О первом таком событии рассказывает Джузеппе Брозио в письме дону Бонетти: «Однажды я находился в комнате дона Боско, когда незнакомый человек обратился к нему за помощью. Он говорил, что имеет пятеро голодных детей. Дон Боско пошарил в карманах и нашел в них только четыре сольдо (1/5 лиры). Он дал эту мелочь просящему с благословением. Когда мы остались одни, дон Боско выразил сожаление, что больше не имел денег. Этому человеку он бы отдал и все сто лир.
Я на это ответил:
– А Вы уверены, что этот человек говорил правду? Может быть он обманщик.
– Нет, этот человек справедливый и лояльный. Более того, он очень трудолюбив и привязан к своей семье.
– Откуда же Вам это известно?
Дон Боско взял меня за руку, внимательно посмотрел в глаза и тихо произнес:
– Я прочел это в его сердце.
– Значит, Вы видите также и мои грехи?
– Да, я чувствую их запах, – смеясь, ответил дон Боско.
Я должен признать, что он действительно читал в моем сердце. Если я забывал о чем-то во время исповеди, он точно ставил перед моими глазами все дела, а ведь я проживал в километре от него. Однажды, скрыто перед всеми, я сделал одно доброе дело, которое стоило мне многих усилий. Как только я появился в оратории, дон Боско взял меня за руку и сказал:
– Какое хорошее дело ты приготовил себе для неба!
– А что же я сделал? – спросил я. И он мне рассказал о моем поступке со всеми подробностями.
Как-то потом я встретил в Турине того мужчину, которому однажды дон Боско дал четыре сольдо. Он меня узнал, остановил и сообщил, что за эти деньги купил кукурузной муки. Сваренной мамалыгой он накормил всю свою семью до сыта. При этом добавил:
– С того времени мы называем дона Боско «священником чудесной мамалыги», так как за четыре сольдо нормально можно купить муки лишь для двух человек, а ведь нас было семеро!»
Второй случай описала по – французски маркиза Мария Фасатти, урожденная Де Маистр. Вот ее запись:
«Я слышала этот рассказ из уст самого дона Боско и стараюсь его очень точно повторить: