– Я здесь уже несколько лет, – отвечал Чэн Жи-син, – и за это время убедился, что у вас в семье каждый старается жить в свое удовольствие, а когда все стремятся вытянуть деньги из семейной казны, приходится залезать в долги. Вам пришлось немало расходоваться на старшего брата и на господина Цзя Чжэня. Кроме того, вы вынуждены были дать властям денег, чтобы они разыскали грабителей. Почтенный друг, если хотите, чтобы у вас в доме был порядок, поручите присмотр за домом доверенному человеку. Всех нечестных людей выгоните, честных – оставьте! Вам нужно рассчитаться с долгами, постарайтесь найти на это средства! Ведь у вас есть сад – с него можно получить немало доходов! Почему вы не пошлете людей присматривать за ним? Вас несколько лет не было дома, а за это время мошенники успели наделать такого шуму, что никто в сад не решается войти! Я предлагаю проверить всех слуг и тех, которые не подходят, – выгнать! Это самый разумный выход из положения.
– Эх, приятель, ты многого не понимаешь! – вздохнул Цзя Чжэн. – Я не только на слуг, но и на собственного племянника не могу положиться! Если даже я их проверю, разве мне удастся за всем присмотреть?! К тому же мне приходится сейчас соблюдать траур, и не хватает времени на все, да и домашними делами я никогда не занимался и не разбираюсь в них.
– Друг мой, вы слишком гуманны, – заметил Чэн Жи-син. – Если бы такое положение создалось в другой семье, там первым долгом спросили бы с управляющих. Если б вы это сделали, я уверен, что через пять-десять лет ваше состояние поправилось бы, тем более что ваш родственник является начальником одного из уездов и может вам помочь.
– Неудобно вытягивать деньги у родственников, – заметил Цзя Чжэн, – лучше уж самим быть бережливее! Я боюсь, что у нас многое из имущества числится только по описи.
– Вы совершенно правы, – отозвался Чэн Жи-син. – Потому я и говорю, что вам нужно все проверить!
– Ты, наверное, что-нибудь знаешь!
– Может быть, и знаю, но сказать не могу, – отвечал Чэн Жи-син. – Управляющие у вас хитры, всегда сумеют оправдаться.
Цзя Чжэн уловил скрытый намек в словах Чэн Жи-сина и со вздохом проговорил:
– Начиная с деда у нас в семье все были гуманными людьми, и никогда никто не притеснял слуг. Но сейчас мне кажется, что эти люди с каждым днем все более портятся! Наверное, слуги заметили, что я бестолков и только пытаюсь изображать из себя всезнающего хозяина, и смеются надо мной?!
Пока они разговаривали, вошел привратник и доложил:
– Господин Чжэнь из Цзяннани.
– Что это вдруг господин Чжэнь приехал в столицу? – удивился Цзя Чжэн.
– Я его спрашивал об этом, – ответил слуга, – он говорит, что удостоился высочайшей милости и восстановлен в должности.
– Ладно, – прервал привратника Цзя Чжэн, – проси его!
Привратник вышел и пригласил приехавшего войти.
Этого господина Чжэня – отца Чжэнь Бао-юя – звали Чжэнь Ин-цзя, по прозвищу Ю-чжун; он был потомком заслуженного сановника, уроженца Цзиньлина.
Когда-то он поддерживал родственные отношения с семьей Цзя, но потом провинился по службе, и у него было конфисковано имущество. Однако государь вспомнил о заслугах Чжэнь Ин-цзя и приказал вернуть ему наследственную должность, а самого его потребовал в столицу на аудиенцию. И вот сейчас господин Чжэнь, зная о смерти матушки Цзя, приехал, чтобы совершить жертвоприношения покойнице.
Цзя Чжэн, соблюдавший траур, не мог выйти встречать гостя за ворота и ожидал его у входа в свой кабинет.
Как только господин Чжэнь увидал его, горе его смешалось с радостью. Поскольку во время траура нельзя было совершать церемоний, обычно положенных при встрече, он только взял друга за руку, рассказал ему о невзгодах, которые ему пришлось испытать, и после этого они оба уселись, как полагается гостю и хозяину.
Затем подали чай, и беседа продолжалась.
– Когда же тебе пришлось видеть государя, дружище? – спросил Цзя Чжэн.
– Позавчера, – отвечал Чжэнь Ин-цзя.
– Я уверен, что повелитель был очень щедр и милостив и ты получил от него хороший указ, – продолжал Цзя Чжэн.
– Да, милость повелителя нашего необъятна, – сказал Чжэнь Ин-цзя.
– Что же он повелел тебе? – поинтересовался Цзя Чжэн.
– В последнее время разбойники в Юэ совершенно распоясались, и в приморских областях народ не имеет покоя, – стал рассказывать Чжэнь Ин-цзя, – поэтому высочайший приказал Аньго-гуну усмирить разбойников. Поскольку мне знакомы те места, я тоже получил повеление туда отправиться, но вчера я узнал, что ваша матушка отошла к бессмертным, поэтому я приготовил курения и решил возжечь их перед ее гробом.
Цзя Чжэн с благодарностью поклонился гостю и сказал:
– Дорогой мой друг, твой приезд тронул меня до глубины души! Я тебе очень признателен за твою искренность! Только теперь я убедился в твоих достоинствах и уверен, что тебя ожидает счастье! В Чжэньхае управляет мой родственник, и я все время надеюсь на его благосклонность.
– А в каком родстве состоишь ты с тамошним правителем? – спросил Чжэнь Ин-цзя.
