Тут в дверях кто-то рыкнул, и на пороге объявился тощий горбоносый офицер. Он прислонился спиной к косяку, скрестил руки на груди, изобразив на лице смесь вселенских гнева и печали, и звучно произнес:
― Довольно слов, Отелло! Я мимо проходил ― и слышал все… Ты, значит, спишь с моей женой? Понятно, генерал. Тебе, выходит, можно, а мне… ― Цыц, Яго, ― ласково сказал Отелло. ― Выражайся проще. И присядь-ка. ― Нет, ― возмущенно и тоскливо отозвался Яго. ― Даже если посулишь златые горы ― ни за что! С тобою рядом… Нет! Ты опорочил мое имя! ― Пф-фу!.. А что ж мне говорить тогда о Дездемоне?! Весь наш город… ― Да хоть целый мир ― меня это нисколько не волнует! ― надменно оборвал его офицер. ― Это твое личное дело. Я бы, например, порешил свою жену за эдакие выкрутасы. Так и сказал бы ей: «Ты перед сном, Эмилия, молилась?» И ― молотком по голове. ― Травить женщину?! Безжалостно и беспощадно?! ― возмутился спьяну Ривалдуй. ― При мне? Ты только тронь ее! Ее, можно сказать, мой друг Отелло любит… Кто ты вообще такой? Уйди сейчас же. ― Ты ― подлый негодяй, ― презрительно заметил Яго, даже не взглянувши на него.
Ривалдуй, слегка шатаясь, встал из-за стола и, мигом сделавшись пунцовым от обиды, ухватился рукой за притолоку ― благо потолок был низкий.
― На кулачках или табуретами? ― хамовато поинтересовался он. ― Это заговор, ― побледнел Яго. ― Ну, хорошо, давай на шпагах. ― Сиди уж, Яго, ― насмешливо сказал Отелло. ― Тебя он изувечит. Главное, печень прикрой. Все должно быть по-ученому… А Дездемону я душить не стану. Возиться еще!.. Задушу свет. Сперва свечой задую, а потом поцелую ее. И все дела… Бог с ней, пускай уходит к Кассио, пускай! А я люблю твою Эмилию, брат Яго. Видит бог ― люблю! И она меня, ― мечтательно докончил он. ― Да как же так?! Не может быть! ― ошарашенно воскликнул Яго и вдруг захохотал. ― Нет, правда? Любит? Ну, дай бог вам счастья! ― Х-мм… Так душить мне ее или не душить? ― заорал внезапно мавр. ― Кого? ― перепугался Яго. ― Ну, ее! ― Отелло безнадежно шевельнул пальцами над столом, покуда не свел их в неумелое кольцо. ― Ее! Или ― другую? Как там… Все забыл! ― Зачем душить? ― спросил умильно Ривалдуй. ― Выпори ― и брось. ― Ты так советуешь? Но я же обещал всем… ― неуверенно пробормотал Отелло. ― По городу бегал, кричал: «Убью!..» Понимаешь? Что теперь люди подумают? Говорит одно, делает другое… А еще генерал… ― Вот оттого и генерал, ― заметил Ривалдуй. ― Давай-ка лучше выпьем.
Они опрокинули еще по кружке.
Тут уж и Яго, глядючи на них, не устоял.
― Я Эмилию позову и Дездемону, ― предложил вдруг Ривалдуй, исполняясь силы и недюжинной отваги. ― Пусть сами подтвердят. Чтоб все было шито-крыто. Я люблю порядок. Сейчас сбегаю. ― Нет, погоди! ― ухватил его за рукав Отелло. ― Эмилию ― зови. А Дездемоне вели складывать чемоданы и катиться к своему Кассио. Я не сержусь, так ей и передай. Да только пусть белья моего не хватает! Оно ведь с узорами, ручной работы. С турков снимал ― вещи уникальные. Чай, не для Кассио старался. Пусть-ка сам себе достанет!
Яго неожиданно заерзал на стуле и смущенно повел горбатым своим носом.
