— Ши-хуан и У-ди, — отвечал Лу Цзюнь, — всю свою жизнь опирались на силу и покоряли соседние народы, они были рабами своих желаний и потому не удостоились бессмертия. Император Хуан-ди, который улучшил правление страной, семь дней очищался от скверны прежних нравов на горе Кундуншань, а когда повстречался с Гуан Чэн-цзы,[279] то вознесся на небо — в горах Цяошань погребены только его лук и меч, но не прах. Когда на престол взошли ваше величество, в стране воцарилось человеколюбие, смягчились нравы, народ обрел покой и благополучие и теперь прославляет ваши добродетели и возносит вам хвалы. Стоит вам подняться на гору Тайшань, вы обретете бессмертие и к вам спустится Дракон озера Динху, чтобы вознеслись вы, как некогда Хуан-ди, на небо, где вас будет ждать восьмиглавый скакун с Яочи.[280] Но если вы станете в бездеятельности проводить свои дни здесь, разве узнаете вы тайну полета Сянь Мэня[281] или Ань Ци-шэна,[282] разве откроется вам состав эликсира бессмертия с горы Фанчжан или Пэнлай?![283]
Государю понравился ответ Лу Цзюня, и он пожаловал ему звание первого секретаря императорской академии и должность начальника церемоний при палате астрологии, повелел собрать все сведения о небожителях и их деяниях. Лу Цзюнь призвал на помощь знатоков священных книг и прославленных магов: великое множество их съехалось ко двору из княжеств Янь и Ци. Вельможа выстроил в Запретном городе дом и назвал его Дворцом Безупречной Честности. Пышностью форм, изяществом перил и опор дворец превосходил многие знаменитые строения династии Хань. Государь лично начертал указ о создании Академии Безупречной Честности и о присвоении Лу Цзюню звания первого ее члена.
Как-то один из магов, приглашенных во дворец, обратился к Лу Цзюню:
— Ваша светлость желает познать тайны трех великих императоров и пяти могущественных правителей древности, а также небожителей Сянь Мэня и Ань Ци-шэна. Нужно найти умудренного знаниями даоса, принести жертвы Небу и вымолить эти тайны.
Лу Цзюнь кивнул.
— Мне известен этот путь, но у нас нет такого даоса. Если у тебя есть кто-нибудь на примете, скажи!
— Мир велик, и даосов в нем много, — ответил маг. — Я знаком с одним по имени Голубое Облако. Он сведущ в учении Дао, обладает без счету талантами, иногда его можно встретить и в Срединном царстве. Если его попросить как следует, он, думаю, не откажется помочь.
— Я выполняю повеление государя сделать страну счастливой, — усмехнулся Лу Цзюнь, — и ничего не пожалею ради этого!
Семь дней собирал он в дорогу магов, готовил дары для даоса. Перед отбытием те говорят Лу Цзюню:
— Даос Голубое Облако имеет обыкновение нежданно-негаданно появляться то в одном уезде, то в другом, так что, ваша светлость, будьте готовы к его приходу в любой час.
Даос Голубое Облако жил когда-то у своего учителя, даоса Белое Облако. Расставшись с Хун, Белое Облако решил улететь в Индию. Он призвал к себе ученика и сказал ему:
— Ты не до конца еще постиг учение, поэтому я не беру тебя с собой. Оставайся в нашей обители и совершенствуй свои знания! Способности у тебя немалые, но лень и беспечность — твои враги. Не вздумай до времени появляться среди людей и показывать им то, чему ты успел у меня научиться.
Голубое Облако почтительно поклонился учителю и остался один. Недолго соблюдал он запрет. Подумал он однажды: «Скучно проводить всю жизнь в обители, не испытать свое умение. Поброжу-ка я по миру, погляжу, чем он живет!» — и отправился в путь. Сначала пошел на запад, куда уходит вечером солнце, потом — на восток, откуда восходит солнце, покинув свой дом за горами Гуаньсяншань, потом — на север, где взобрался на гору Хэнтянъ и полюбовался деревьями, ветки которых тянутся на тысячи ли. Осмотрев эти края, он горестно вздохнул: «А еще говорят, мир велик! Да он весь не больше моей ладони! Стоит ли ради него замыкаться в далекой обители?!» И остался в северных краях, стал бродить среди людей, похваляться перед ними своими знаниями. Скоро слава о даосе Голубое Облако разнеслась по всем северным землям. «Север скучное место, не с кем даже поговорить», — подумал однажды даос и устремил свои взоры в направлении столицы. «Вот где образованные и подлинно просвещенные люди! Наверно, здесь можно встретить и настоящие таланты!»
