Уна покачала головой.
— Нет. Это слова, которые ночной сторож услышал, когда женщина воришка разговаривала с подельником. Охранник слышал, как она сказала: «Тише, он тебя услышит».
— А, понятно, — протянул юноша, смущаясь.
Девушка почувствовала, как ее руки начали дрожать от возбуждения в предвкушении разгадки.
— А что, если ночной сторож неправильно услышал воришку? Что, если мужчина вор на самом деле сказал: «Миссис Тишински, он услышит вас»?
Глаза Адлера расширились от удивления.
— В этом что-то есть.
Уна кивала.
— Да, но нам нужны доказательства.
— Может быть, ты найдешь что-то о розанчиках в тех театральных книжках и сможешь
Дьякон засмеялся на плече у хозяйки.
— Хорошо сказали, мистер Айри. Связать с преступлением!..
Уне было не до смеха. Она сомневалась, что поиск в книгах — лучшая тактика. Она предпочла бы последовать за мистером Тишински в надежде, что тот приведет ее к потайному месту, но момент был упущен. Мужчина ушел, и было бы сложно найти его на шумной улице.
И, конечно, остался вопрос — почему Мэри Тишински солгала о своем местонахождении в ночь кражи.
Вдруг подумалось, что эти люди могут быть убийцами ее отца, и Уну обдала волна леденящего ужаса. Она несколько раз моргнула, пытаясь прояснить мысли:
— Ну, коли мы здесь, давай закончим с книгами.
— Я вынужден тебя оставить, мисс Крейт, — извинился Адлер и приложил большой палец к своему плечу, указывая на двери библиотекаря.
Уна обратила внимание, что Адлер не назвал ее по имени. Она вздохнула.
— Тогда рассчитывать будем только на наши силы, Дьякон. Давай найдем уже этот узел.
Глава 6. Испытание второе
Ни единого упоминания о пресловутом розанчике в книгах по театральному ремеслу найдено не было, и к тому времени, когда Уна с Дьяконом просмотрели их всех, было почти три часа.
— Мы опоздаем, — поторопил хозяйку ворон.
Они рванули со всех ног по музейным ступенькам, перепрыгивая через две. Самулиган послушно ожидал их, сидя на козлах экипажа, готовый ехать в парк. Десять минут — и еще одна сумасшедшая поездка остались позади. Девушка вышла на тротуар у входа в парк.
Одетый в длинную фиолетовую мантию, дядя Александр ждал их возле открытых ворот. Он любезно кивал проходящим мимо людям, и казалось, все они рассматривали Волшебника с большим интересом. Уна на мгновение залюбовалась на дядю, человека, который стал для нее отцом. Ее опекуном и учителем.
В его глазах отразилась печаль, которую мог заметить только самый внимательный наблюдатель. Однажды эта печаль появилась в отражении Униного лица, и такой же отпечаток скорби можно было заметить в дядюшке. И даже еще до того, как в семье случились трагедия. Уна на секунду задумалась, в чем причина его грусти.
Дядя был пожизненным холостяком, женатым на своей работе. Интересно, был ли он когда-либо влюблен. Она никогда не набралась бы наглости спросить Волшебника об этом.
— Дядюшка, привет, — поздоровалась Уна.
— Ах, вот вы где, — отозвался Волшебник. — Поторапливайтесь. Идем к пруду.
— Самулиган с нами не пойдет? — спросила девушка и бросила взгляд через плечо на козлы. Эльфа там уже не было.
— Он к нам позже присоединится, — равнодушно ответил Волшебник.
Однако Уна была очень обеспокоена и озиралась по сторонам, пока они шли к большому пруду. Сложно было не думать о том, где скрывается слуга-эльф и какую шалость он припас в своем колдовском рукаве.
Волшебная башня давно исчезла, ее снесли сразу после конкурса, после чего центр парка снова стал огромной лужайкой, на которой когда-то росло дерево. Та самая громадная смоковница, которая упала больше трех лет назад во время взрыва, забравшего жизнь Униной мамы и сестры, сидящих в теньке под кроной и любующихся Униными магическими трюками. Снова колдовать в этом месте было не просто, страх стать виновницей еще одной катастрофы буйствовал в голове волшебницы, словно озорной барабашка.
Девушка старалась настроиться на другую волну и вспомнила о еще одном инциденте, произошедшем в парке не так давно. О поцелуе… Эта мысль придала ей храбрости.
— Ты когда-нибудь влюблялся, дядя? — без тени смущения спросила Уна.
Волшебник резко остановился, несколько раз моргнул, будто вопрос застал его врасплох.
Он обернулся к племяннице, на лице читалось изумление:
— Почему ты спрашиваешь?
Девушка покраснела и пожала плечами. Конечно же, она не хотела раскрывать свои чувства к Адлеру Айри. По-крайней мере, сейчас.
Волшебник уставился на Уну, создав неловкую паузу… Хотя он скорее смотрел не на племянницу, а куда-то сквозь нее, погрузившись в воспоминания.
— Я знаю, что такое любовь, — наконец ответил он. — В каждом дне я нахожу любовь… Однако подозреваю, что ты хотела узнать, был ли я когда-либо влюблен в кого-то? На это я просто скажу «да», но сейчас не время обсуждать старые увлечения. Пойдем.
Он снова перешел на решительный шаг, и Уна поспешила подстроиться к его темпу, снедаемая любопытством, кто же мог быть возлюбленной Волшебника и что с ней случилось.
