В зале погас свет, и зазвучала старая, но всеми любимая Aisha в оригинальном исполнении Khaled.
– Прекрасная медленная композиция. Кристина Игоревна, потанцуем? – взгляд Константина опять устремился на меня.
– Я? – от удивления глаза широко открылись.
Он поставил фужер и протянул мне руку. Моя холодная от волнения рука утонула в его теплой и сильной ладони.
Это была физика. Я почувствовала, как все заряженные частицы моего тела самовоспламенились и вспыхнули так, как если бы это был взрыв ядерной бомбы.
Мы прошли в угол зала и остановились. Он смотрел мне в глаза, и я утопала в его глубоком взгляде. Мою руку он не отпускал, он сжал ее еще крепче и положил наши ладони на свое предплечье. Он уверенно прижал меня ближе к себе, и его левая рука властно обняла меня. Пару секунд мы стояли неподвижно и смотрели друг на друга. Я любовалась им. Он повелительно прижал меня максимально близко к себе. Я почувствовала его тело. Мы начали наш первый танец. Мы. Наш.
Оторвав взгляд от него, я словно слилась с ним. Закрыла глаза, сделала глубокий вздох. Я пропускала через себя его запах. Запах такой родной, такой мой, такой мужественный и сексуальный. Я ласково поглаживало его плечо и, кажется, всю жизнь ждала этого прикосновения. У него прекрасное чувство ритма, он очень умело и спокойно двигается в танце. Константин дал мне возможность расслабиться и быть главной в нашем танце. Меня это приятно удивило.
Мне казалось, что это был танец наших душ.
– Прекрасно выглядите, Кристина Игоревна! – оборвал наше молчание министр.
– Спасибо, – немного смутилась я.
– Наша с вами последняя встреча получилась несколько скомканной и мне показалось неоконченной… мне бы хотелось продолжить разговор с вами.
– Константин Сергеевич, признаюсь, все эти дни я только и думала о нашем разговоре и о …вас. Я чрезвычайно рада видеть вас сегодня и готова с вами встретиться в любое время.
– Кристина, мы совсем не знакомы, и я не уверен, стоит ли нам продолжать наше знакомство. Но кажется, меня сейчас ничто не остановит. Я думаю, стоит попробовать!
– Господи! Это какой-то сон. Я боюсь утра, так как не хочу проснуться. Боюсь, что это всё нереально и исчезнет наяву, – глядя в глаза Константину, произнесла я.
– И я этого боюсь. Но это реальность, Кристина! – спокойно и как-то обреченно ответил он. – Уверяю вас, это не сон.
Тогда я еще совсем не понимала значения его слов и даже не предполагала, что нас ждет впереди.
Наш танец закончился. Я с дрожащими коленями направилась к своему столику. Девчонки тут же меня атаковали:
– Ну как он? О чем вы говорили? Что он спрашивал? Интересно, он на все мероприятия ходит без жены?
Последний вопрос, брошенный девчонками, мгновенно отрезвил меня. Я задумалась о его жене и как на ее месте мне было бы неприятно, узнав о таком танце и таком разговоре. Никогда не была разлучницей, и если честно, в будущем играть такую роль в мои планы совсем не входило. Как-то нехорошо стало мне после этих размышлений. Закружилась голова, и легкая тошнота опять подступила к горлу. То ли алкоголь, то ли мысли о его супруге, но этот эмоциональный всплеск после танца с Воронцовым душил меня в этом зале.
Из моих мыслей меня выдернул Славик:
– С тобой все в порядке? – спросил он.
– Не совсем, по-прежнему кружится голова немного, – приложив ладонь ко лбу, ответила я.
– Давай выйдем отсюда. Пошли в кафе на первый этаж, попьем кофе. Это тебя приведет немного в чувства.
Я охотно согласилась.
Со Славиком мы просидели около получаса за чашечкой кофе и за разговором ни о чем. Мне действительно стало легче, и я уже нетерпеливо хотела вернуться в зал, чтобы снова увидеть Константина.
Дорога в наш банкетный зал после лифта проходила по широкой парадной лестнице в дворцовом стиле. Поймала себя на мысли, что сегодня сказочный вечер и лестница как во дворце, где Золушка потеряла туфельку. Сегодня же, я надеюсь, никто убегать не будет.
Мы поднимались со Славиком в зал и беззаботно смеялись, он рассказывал очередную шутку из собственной жизни. Как вдруг на самом верху лестницы я увидела Константина. Он очень эмоционально с кем-то разговаривал по телефону. Воронцов явно был чем-то сильно взволнован, судя по выражению его лица. Очень резко он давал команды в трубку. Не хотела бы я оказаться на той стороне провода. Я посмотрела в его глаза, и мне в ответ был послан укоризненный взгляд. Мне стало не по себе.
– Я перезвоню, – резко бросил он рубку.
Потом сдержанно и холодно обратился ко мне:
– Можно вас на минутку, Кристина Игоревна?
Я подошла ближе, Константин крепко схватил меня за руку, сильно сжав локоть, и отвел в сторону:
– Где ты была? – испепеляющим взглядом, потребовал ответа Воронцов.
– Я сама могу идти, – посмотрев на свой локоть в цепких оковах его рук, ответила я.
Воронцов отпустил меня.
– Я должен уехать, – безапелляционно и холодно бросил он в мою сторону.
У него зазвонил телефон. Проводя пальцем по сенсорному экрану, продолжил:
– Не больше часа. Я перезвоню.
Он резко направился вниз по лестнице к лифту. До меня донеслось:
– Наталья, я выезжаю. Жди меня.
