— Лама говорит, вам надо пройти. Без вас не получится. — Эше указал рукой на меня.
— Я? — Вырвалось из уст.
Лама кивнул, словно понимая меня. Нет, наверное, просто-напросто, мое выражение лица напоминало некую смесь удивления и крайней озабоченности. Хорошо, что в тот момент у меня не было зеркала под рукой.
Войдя в палату, я первым делом взглянул на Лиз. Она не то спала, не то находилась под гипнозом. — «Что этот монах с ней сделал?» — Спросил я сам себя.
В этот самый миг лама посмотрел пристально в мои глаза, так, что стало не по себе, словно господин Эше заглянул в глубины души. Потом, жестами показал, что мне надо лечь на кровать и я покорно исполнил его волю, плюхнувшись на соседнюю койку, рядом с Элизабет. Тибетский гость принялся читать ведомые только ему одному заклинания, и я почувствовал, как руки и ноги налились свинцом, веки сделались тяжелыми и опустились против моей воли.
Дальше — пустота, словно весь мир исчез. Только кромешная черная завеса, похожая на густой туман, настолько плотный, что собственная рука утопала в нем. Словно слепота внезапно овладела мной, но это, к счастью, было не так. Нет, это только сон.
— Рэт, Рэт! — Я вновь услышал голос Лиз совсем близко.
Я чувствовал ее дыхание, что она где-то рядом и вот-вот, еще немного, и я вновь коснусь ее руки. Я знаю — все обман, знаю, что сорвусь в пропасть, сделав хоть шаг, но делаю и, как и всегда, во сне, срываюсь в бескрайнюю пропасть. Бесконечное падение повторяется и мир, казалось, вот-вот остановится, а моя жизнь навсегда превратится в это бессмысленное падение, не имеющее ни начала, ни конца.
— Пустота. — Раздался голос сестры. — Нечто внутри меня опять пыталось завладеть телом и разумом. — Теперь ты понял? Это твое будущее. Темное, одинокое и унылое. Без твоей ненаглядной красотки Элизабет. А я могу все исправить, если ты только пойдешь со мной. Без меня и у тебя нет будущего. — Голос, словно демон, вкрадчиво и осторожно уговаривал меня отдать ему свою душу.
«Да черта с два тебе. То, что каким-то образом мы делим одно тело, еще не означает, что я буду тебя слушать». — В конце концов, это мое тело и только мой разум имеет контроль над ним.
— Ты — не я. Ты лишь частица меня, незваный и бесправный гость. — Выкрикнул я изо всех сил, хотя и знал, что голос услышит даже шепот.
— Ты ничто без меня и без Тиамат. — Голос продолжил. — Я нужна тебе, братик. Ты мой любимый братик…
«Вот как. Минуту назад ты притворялась Лиз, а теперь сестрой. За кого ты меня держишь? Даже первоклассники, и те врут куда более убедительно. Нет, ты даже не демон, так — бесполезное существо. Интересно, неужто все пожиратели настолько никчемны или это мне достался слабейший из них?» — Поскольку сущность ану могла читать мысли, я решил позлить его.
— Нет! Нет! И ты не моя сестра! Ты — чудовище! — Решительно прокричал голосу, стараясь показать серьезность намерений сопротивляться до конца.
— Мы, Рэт, мы — чудовище. Я — это ты. — Голос изменился, отдаленно напоминал Стивена. — Ты убил меня, друг мой. Я умер от твоей руки. А знаешь, каково это, видеть день за днем свои внутренности, чувствовать вкус собственной крови, задыхаться, корчась в муках?! Это моя жизнь после смерти! Вот, что ты со мной сделал, Рэт.
— Нет никакого «мы». Я — это я. Рэт Джонс! И всегда им останусь. А ты — катись ко всем чертям со своим Тиамат!
— Ты — это я! — Прохрипел голос Знахаря. — Убийца!
Существо явно испытывало на прочность мои нервишки, но делало это так похабно и неуклюже, что не вызывало никакого доверия, да и вообще ничего, кроме смеха. Быть может потому, что меня прикрывал монах, который, очевидно, специально отправил меня поговорить с пожирателем.
Тьма мало-помалу рассеивалась. Внизу я едва различал огни. Но с каждой секундой они становились все ярче и скоро превратились в гигантское пламя. — «Что это? Преисподняя? Но я не умер». — Картина внизу была поистине апокалиптической.
— Умрешь, если не пойдешь со мной. — Голос читал мысли, как некультурно с его стороны.
— Нет, уйди! Я не твой раб! Не твой!
— Тогда я заберу твою Лиз! — Монстр издал что-то отдаленно похожее на смех.
Неожиданно, придя в себя, поднялся на ноги и осмотрелся. Все тот же белый потолок, тибетский лама, спящая Элизабет. «Все хорошо, значит? Угроза миновала? Кто-нибудь, скажите, что это так».
Я взглянул на господина Эше. Его лицо выказывало удивление. Потом, глаза его расширились, и он попятился, несколько раз громко вскрикнув одно и то же слово. Показались переводчик и Вилмер.
Что же так напугало невозмутимого монаха? Ответ пришел, когда я снова посмотрел на Элизабет, придя в ужас и оцепенение. Девушка широко открыла глаза, сияющие ярким пламенем. Сомнений не было — это перерождение.
— Доктор, помогите ей! — Кричал я. От неожиданности, запутался в ногах, и вместо попытки подняться на ноги распластался на деревянном полу. — Черт. — Со второй попытки, мне удалось добраться до Элизабет.
Девушка взглянула на меня. Она была в сознании.
— Помоги, нет сил держаться. — Прошептала она еле слышно. — Изо рта и носа повалили клубы дыма.
