Мужчина на несколько секунд скривился. По его лицу бегала тень, будто он не хотел вспоминать прошлое, но заставлял себя. Ему явно не нравилось то, что он делал.
— Скажем так, если пуля твоей мамы не могла поразить цель, я отправлял свою пулю и от цели не оставалось и мокрого места. Как и бункера, где цель пряталась. После меня не оставалось вообще ничего кроме выжженной земли, уничтоженной залпами ракет или взрывчаткой.- папа дрогнул, отгоняя от себя прошлое.- А потом, начали появляться паралюди. Это была вспышка, чума охватившая весь мир. Один, второй, а после покатилось с такой скоростью и силой, что казалось никто не сможет это прекратить. Так и случилось. Появились СКП и Протекторат, пришли Губители, паралюдей становилось все больше и больше. Ты ведь помнишь, за кем охотились твои папа с мамой? Во что превратились недобитки и приверженцы Гитлера сейчас?
— Гезельшафт.- спокойно ответил я.
Организация о которой среди имперских парней следует вспоминать шепотом. Ходили слухи, что некоторые из наших специально крадут и куда-то увозят детей и взрослых, которых потом отправляют в Германию. Никто не хотел даже думать, что ждёт тех людей. Я вообще старался не вспоминать об этих слухах, считая их просто байкой. Сейчас осознаю, что очень зря.
— Верно. Конечно, пуля может убить большинство кейпов. Твоя мама делала это не один раз, когда все завертелось. Но когда они организованы, когда вам противостоит целая команда, где есть Умник или Властелин, с поддержкой таких же военизированных отрядов. А еще хуже, когда твоих же коллег заставляют поднять на тебя оружие… Без шансов. Нашу программу свернули, замели следы, вытерли наши личности из реестра Германии, выдали паспорта США и сказали бежать. Некоторых из наших знакомых успели достать. Нас с твоей мамой нет. У нас есть пара способов найти остальную часть команды, но все уже обзавелись семьями и пристанищем. Кто-то пошел в СКП или армию. В общем, с тех пор мы далеки друг от друга.
Отец говорил отстраненно и сухо. Он явно не хотел вспоминать и грузить меня лишними переживаниями и эмоциями. Но его слова резали мои мозги, заставляя осознавать…
— Как блять ты был готов принять то что я пойду в Империю, пап? Они же… Они же блять буквально те, на кого вы охотились? Те против кого вы боролись. И ты просто смотрел и ждал, что я сделаю правильный выбор?
— Это твой путь, Кондр. Ни больше, ни меньше. К тому же, я был уверен что идеология тебя разочарует. Я в твоём возрасте прошел этот этап, когда считал такие взгляды верными, но быстро этот интерес угас. Это быстро проходит на самом деле, если ты умеешь смотреть и слушать. Твое же отношение к этому было разбито самым худшим образом.
— Но серьезно, Броктон-Бей? Буквально столица нацистов в США? Почему здесь? Почему вообще США?
Глаза за очками слабо мигнули смехом. Отец улыбнулся.
— Где лучше всего прятаться от света свечи?
— У ее основания. Бляяяя это была мамина идея. Только она могла такую хрень сделать.
— Верно, это была ее идея. Но не сказать, что она ошиблась. Она действительно погибла по случайности, попав в перестрелку между Барыгами и АПП. Нацисты не имеют к ее смерти никакого отношения. А США… Как бы тебе сказать Кондр. Триумвират силен. Пока он есть, Гезельшафт сунуться судя не сможет, а такие парни как Кайзер могут только тявкать. Если он совершит что-то за рамками, его просто уберут с доски. Да и много лет прошло, уверен про нас и забыли.
Слушая отца, я мог только переводить взгляд с жетона на оружие, а после обратно. Моя мать была снайпером в правительственной программе по поиску и устранению террористов и нацистов. А потом ещё и кейпов, похоже. Это было несколько необычно, поскольку я привык воспринимать маму как резкую, но все же справедливую женщину. Само осознание, что она пусть и с благими целями охотилась и убивала людей было сложным.
— Это… Сложная история, пап. То есть, вы правительственные агенты Германии, которые убивали плохих парней ради безопасности своей страны, но были вынуждены бежать из-за давления со стороны самой крупной злодейской организации в Европе.
— Что-то вроде того. Знаю, звучит как интересная история для книжки, но увы записи мы не вели. Да и главное не то, что Гезельшафт крупная организация. Главное, что она вмешалась в политический строй Германии и продвинула туда очень много своих агентов. Нас бы просто убили, останься мы дома.
— Это все еще звучит очень странно… Я даже не знаю что делать с этим знанием.