Очень сложно найти союзников в борьбе против Семи Толстых Ткачей. Чан в таком деле станет тормозом, он преследует свои цели. Надо найти других — тех, кого Ткачи держат под пятой, тех, кому они сломали жизнь, тех, кто люто ненавидит и отдаст всё, чтобы расправиться с ними. Кого-то вроде него самого с поправкой на ненависть. Дима относился к Ткачам как к противникам, но чтобы ненавидел… Нет. Он их даже уважал и не сомневался, что сможет одолеть. Достаточно отравить змею ее же ядом.
Дима шел по распаханным полям Белоруссии, вдыхал ароматы сухих листьев, гоняемых прощальным осенним ветром. Уже ощущался холодок наступающей зимы. Зима — это его самое любимое время. Он хорошо подготовится и ударит. И никто не устоит после удара Ее эмиссара. Даже семь колоссов на бетонных ногах.
— Это ты не понимаешь, Аннет! — кричал толстый мужчина в лиловом костюме. На ногах красные сапоги из резины, руки в сиреневых перчатках, да и лицо чуть ли не синее от раздираемой злобы. — Я не потерплю, чтобы твой бывший хахаль делал этот показ!
Уже немолодая женщина в норковом манто сидела за столом и слушала Толстого Ткача, полуприкрыв глаза. По комнате кольцами летал вишневый дым — в руках женщина держала мундштук, с зажженной сигаретой.
— Фарит, милый мой, а что ты хочешь от меня?
— Не давай согласие!
— Боюсь, здесь я ничего не решаю. Показы оплачены, зал снят, девушки подобраны. Кто же мог знать, что модели Пьера пробьются в Плейбой? Теперь он — восходящая звезда, с этим ничего не поделаешь.
— Я могу всё что угодно с этим поделать, Аннет!
Женщина поморщилась. Фарит кричал так, что у нее заложило уши. А еще он навис над столом, уперев в него руки, Аннет казалось, мебель сейчас сломается. Она даже слышала, как от напряжения, трещат его ножки. А этот столик когда-то принадлежал Людовику Четырнадцатому.
— Так делай, Фарит. А я не могу.
— Я что ли зря сделал тебя министром культуры? Запрети этот показ!
— Я не могу, Фарит! — Аннет тоже перешла на крик. — И что ты вообще так взъелся?! Подумаешь показ? Про него все забудут через полгода!
— Никто про него не забудет, потому что его модели превосходны! Это может стать новой вехой!
— Тогда я вообще ничего не понимаю!
— Тебе не надо ничего понимать, просто делай!
— Нет!!!
Аннет вскочила и уставилась большими голубыми глазами в маленькие бусины Фарита. Но почти сразу отвела взгляд.
— Считай, тебя сняли.
Фарит развернулся и пошел к двери. Аннет не удостоила его прощанием, а только улыбнулась. Когда «Хаммер» Фарита отъехал от особняка, дверь открылась, на пороге появился красивый молодой человек. Он подошел к Аннет и поцеловал в губы.
— Спасибо! — сказал Пьер.
— Не стоит. Давно надо было наподдать по его толстой заднице.
— А он не сможет тебя снять?
— А даже если так? Что мне этот пост, если всё сводится к тому, чтобы подчиняться приказам этого безвкусного болвана. Ты видел его наряд? Фу! В любом случае, мы сможем устроить показ раньше, чем Фарит успеет нам помешать. Что с каталогом?
— Демьян только что прислал мне потрясающие статьи! Ты должна их прочесть. А еще он принес модель альманаха за две тысячи восемнадцатый. Правда, зарубил чуть не треть фото, но я с ним согласен. Остались только оригинальные.
— С альманахом надо бы притормозить, а то толстяк возьмется за нас всерьез.
— Не бойся, Демьян сказал, что он выйдет от лица американского «Космополитена».
— Демьян молодец.
— Ага. До сих пор не могу поверить, что такие люди бывают!
— Бывают, Пьер, и ты уже встречал их.
— Если ты опять о Джорджио…
— Нет, я говорю о Фарите. В девяностых он так и фонтанировал идеями, да и сейчас его модели отличны.
— Ты же только что говорила, что он безвкусный.
— Он полностью безвкусен, а его модели почти вершина великолепия.
— И что, лучше моих?
— Прости, милый, лучше. Но мы отвлеклись. Где ты познакомился с Демьяном?
— Он сам на меня вышел. Позвонил в ту выгребную яму, куда ты меня кинула…
— Пьер!
— А что? Давай уж говорить правду. Позвонил и сказал что может передоложить отличные статьи под мои модели. Я согласился — мне тогда в петлю залезть хотелось, я согласился бы вылизать очко Сатане, если это помогло пробиться на подиумы. Мы даже не встретились. Он просто прислал статьи, я присоединил мои модели и отправил. Через неделю Плейбой их взял.
— И ты его даже не видел?
— Нет. Он нашел меня через Луи.
— Моего Луи?
— Да, дорогая. В нашей новой команде трое прошли сквозь твой будуар.
— Интересно.
— Да, мне тоже. Он сказал, что будет на показе.
— Хотела бы я с ним познакомиться.
— Познакомишься.
Но мечтам Аннет не дано было сбыться. Через неделю, перед самым показом, Демьян позвонил Пьеру, сказал, что заболел и не может приехать. В оправдание он прислал еще несколько прекрасных статей. Показ имел грандиозный успех, следующих альманах «Вога» стал сенсацией в мире моды. Описание моделей взял на себя Демьян. Еще через неделю у Фарита случился инфаркт — первый признак наступающего упадка.
