Элли послушалась маму и пришла на кухню к Серафиме. Та доготавливала последние закуски к поминальному обеду и была очень занята.
– Бабушка, – сказала Элли и покрутилась на месте. – Что ты думаешь про мое платье?
– Одевайся как хочешь, – бросила бабушка без особого интереса и даже не повернулась к внучке. – Только теплее. Все знаешь сама.
– Ага, – девочка довольно кивнула. – Не будешь мне мешать сегодня?
– Эльга, – глубоко вздохнула Серафима. – Я уже сделала все, что могла.
– Значит, твой дед?
– Он мне не дед.
На этом взаимодействие между Грэмами перед похоронами было окончено.
Элли дождалась, пока вся траурная процессия во главе с мамой и бабушкой покинет виллу, и зашла в свою комнату, для того чтобы захватить оранжевый рюкзак.
Мысленно она оглядела пространство и попрощалась с детской.
На улице толпа разбредалась по маленьким белым автобусам, которые назывались «газель», хотя на это красивое, стройное и грациозное животное вообще не были похожи. Элли подумала, что назвала бы такой транспорт «пузель», потому что в брюхо машины без разбору набивались люди.
Девочка спустилась вниз по ступенькам и вдруг заметила, что на все еще влажной после вчерашнего снегодождя земле появились отпечатки множества следов взрослой обуви. Но лишь одна пара вела не к пузелям, а куда-то в сад.
– Эльга, – окликнула мама. – Быстрее.
– Я подожду, пока его загрузят, – соврала Эльга, отмахнувшись от Лауры. – Не хочу смотреть.
Гном-Вонючка и хриплый медленно загружали деревянный ящик в единственную пузель черного цвета. Она отличалась от других еще и тем, что в районе крыши была чуть выше.
«Это пузель в шляпе», – развеселила Элли сама себя и улыбнулась.
Но следы от ботинок на земле все еще были куда интереснее придумок про машины. Следы куда-то вели, а вот пузели пока стояли на месте.
– Что-то меня тошнит! – крикнула Элли маме, которая все еще наблюдала за погрузкой гроба. – Я отойду в сад и вернусь. Очень быстро!
– Две минуты, и ты здесь, – бросила мама, не поднимая головы.
Люди, уже сидящие в салоне пузелей, проводили Элли взглядом.
Девочка поспешила проследовать по цепочке отпечатков на земле. Они шли ровно, не петляли и были очень четкими. А еще достаточно большими. Вот тут тот, кто наследил, обогнул дом, тут свернул к бабушкиным клумбам…
– Эльга! – кричала мама. – Две минуты прошли!
Девочка чертыхнулась, но пошла дальше. Если тот, кто натоптал в саду, все еще здесь, этим кем-то может оказаться…
– Эльга! – тон мамы становился злее с каждым мгновением. – Я иду за тобой.
Проклиная все на свете, девочка развернулась и побежала обратно к крыльцу. Мама соврала – она стояла на месте. Гном-вонючка и хриплый только закончили с погрузкой и запрыгнули в багажник сами, захлопнув дверь за собой.
– Еще раз, – процедила Лаура сквозь зубы, хватая Элли по пути и запихивая ее в ту пузель, в животе которой еще осталось место. – Только попробуй.
Мама проследовала к одной из машин впереди.
Элли села на сидение рядом с Серафимой и траурная процессия сдвинулась с места.
– Почему мы остановились? До кладбища еще далеко. И вообще, оно в другой стороне.
Все присутствующие обернулись в сторону девочки, стоило ей заговорить.
Не менее десятка пар глаз смотрели на Элли осуждающе.
– Такая традиция, – прошептала ей бабушка. – Ехать кругами, чтобы дух умершего не нашел дорогу домой. А остановились мы возле церкви. И вообще, говори тише, Эльга, ты что, на празднике?
– Бабушка, но Лембиту нужно показать дорогу домой, а не наоборот, – еле слышно сказала Элли. – Какая глупость.
– Давай, расскажи всем о том, что собираешься сделать, – строго посмотрела на Элли Серафима и поправила очки. – Все обязательно поверят и тебя поддержат.
Дверь в пузель отъехала вбок и в брюхо забрался еще один старый знакомый.
– Здравствуйте, иса Сергий, – тихо произнесла бабушка и дернула Элли за руку.
– Здравствуйте, – вздохнула девочка.
– Мир вам, – отозвался Сергий, поприветствовав сразу всех.
К неудовольствию Эльги, он умостил свое грузное тело прямо рядом с ней.
Пузель тронулась с места.
– Как прошли всенощные бдения, Эльга? – поинтересовался иса Сергий, держась рукой за какой-то пластиковый крючок под потолком пузели. – Вымолила ли ты прощение?
– Ага, – без зазрения совести соврала Элли. – А что за запах?
– Элли! – шикнула бабушка.
– Ничего, ничего, Серафима. Все от того, что Эльга не была пока в церкви.
Засуетившись, иса Сергий поднял складки своего черного платья. Сам священник был очень большим, а платье его вообще необъятным.
«В таком количестве ткани можно спрятать даже кота», – подумала Элли про себя.
Спустя несколько тяжелых пыхтений иса Сергий вытащил и показал Элли синий стаканчик с крышкой на золотой цепочке. Терпкий и очень настойчивый запах шел именно от него.
– Фу, – не сдержалась девочка и снова получила тычок от бабушки.
– Это лампада, дитя, – чинно заметил иса Сергий. – Она нужна для отпевания. Сейчас она не зажжена, но, когда масла коснется огонь, благодатный аромат поможет упокоению духа.
– Если мне не нравится запах, со мной что-то не так? – бесцеременно уточнила девочка.
