Вот сейчас, например, он своей волей закрывал все договора между Курбскими и Моргуновыми, несмотря на то что вредная бабка этого категорически не хотела. Данный факт выбивал у неё из рук любые возможности давления на дочь и её детей, хотя положа руку на сердце, их и так было не слишком много. Акулина сыграла на том, что выделенные после отсечения средства были проведены как займ, хоть официально должны были быть переданы в дар. Но бабка ещё тогда подстраховалась, оставив себе возможность для маневра. Да, это можно было оспорить в суде, но… только императорском. Никто в здравом уме не стал бы бодаться с Великим кланом ради какой-то одной семьи. Слишком неравны силы, Курбские раздавили бы их чисто из принципа. Но Тиму удалось всех удивить, выложив требуемую сумму и даже покрыв неустойку. И сейчас Климентий Сидорович просто зафиксировал это, заодно приложив малую клановую печать, что считалось равнозначным подписи главы.
— Неплохой ход, юноша, — на удивление, Учитель не просто сохранял спокойствие, от него явно веяло доброжелательностью. — Хотя если честно, я не понимаю, почему вы упорствуете против возвращения в клан. С вашими талантами можно занять неплохое место.
— Вечно прислуживать старшей семье? — Тим не собирался отступать от своих принципов. — или стать инкубатором для выращивания одарённого потомства? Нет спасибо.
— Думаете, у Добровольских будет лучше? — Климентий прекрасно чувствовал, что Тим тоже одарён и гораздо сильнее сестры, так что причина приглашения для него была как открытая книга. — Там вас ждёт не роль Слуги?
— А я к ним на службу и не собираюсь, — юноша бесстрашно взглянул в глаза собеседнику. — Да, скорее всего на этой встрече Александр Демидович обозначит свои притязания. Но соглашаться на них я не обязан.
— Вы плохо знаете аристократов, молодой человек, — грустно улыбнулся Курбский. — Примите совет, подумайте ещё над возвращением. Я доложу о случившимся главе, уверен, он тоже захочет познакомиться со столь многообещающим юношей. Вы беспокоитесь за сестру, за семью, это нормально. Но именно в клане, в родственном клане, замечу, у вас будет куда больше возможностей защитить их. Например Дарья, девушка что вышла первой, считается гением поколения и пользуется определёнными свободами и возможностями. А ей двадцать лет. Сами понимаете, что из этого следует.
— Я… вас услышал. — посылать Учителя не хотелось по многим причинам, к тому же в частностях Климентий был прав. Внутри клана куда безопаснее, а вмешательство главы может прикрыть от безумной бабки. Другой вопрос, что глава за это захочет, но опять же тут открыты возможности для торга, особенно если Курбский не врал и девчонка была самой сильной из молодёжи клана. Тогда перспективы действительно открывались весьма интересные. — Обещаю, что не буду принимать никаких решений как следует всё не обдумав.
— Ну и замечательно, — Климентий Сидорович закончил писать и приложил к листам печать. — Это ваш экземпляр, это мой. Прочитайте и, если всё устраивает — подпишите.
— Да, да, конечно! — мать Тим очень смущало происходящее, но она сумела взять себя в руки и изучить расписку. Не найдя ничего крамольного и разночтений, поставила свою подпись. Следом расписался Иван Егорович, тоже немного обалдевший от происходящего, но смотрящий на сына с гордостью. Тот вырос добытчиком и сумел помочь семье в тяжёлое время. Откуда он взял деньги потомственного крестьянина особо не заботило, не мы такие, жизнь такая. Главное, чтобы наркотиками не торговал, да людей на улицах не грабил, а остальное мелочи жизни. — Вот, пожалуйста.
— Тогда позвольте откланяться. — Учитель поднялся из-за стола, ловко собрав пачки купюр. — Надеюсь, что мы снова увидимся в гораздо более приятной атмосфере. Всего хорошего.
— И вам, — Тимофей тоже поднялся, — И спасибо за совет.
— Не за что, молодой человек, лишь бы пошло на пользу, — Климентий напоследок стрельнул глазами и слегка поклонившись ушёл, оставив Тима наедине с жаждущими ответов родственниками. И молодой человек вдруг почувствовал, что наверно поторопился. И стоило потянуть время, но теперь уже поздно и он смело развернулся грудью навстречу новой опасности. Отступать юноша уже отвык.
— Мерзкий щенок!!! — оказавшись в машине Акулина Лукьяновна никак не могла успокоиться. — Я уничтожу этого крестьянского выблеваша!!!
— Справедливости ради, его сестра имеет то же самое происхождение. — не смогла промолчать Дарья, уж слишком уязвимой была сейчас финансистка и соперница. — Не стоит ли уничтожить обоих?
— Где там Климентий? — ошпарив наглую девку взглядом старуха наконец, взяла себя в руки, не став комментировать её высказывания, а стоило появиться Учителю, накинулась на него. — Только не говори, что ты забрал деньги!
— И написал расписку, заверив её малой печатью. — не стал отпираться помощник. — Выбора у меня не было.
— Что?!! — взвилась Акулина. — Да как ты посмел!!! Я бы размотала этот договор ещё на тысяч двести, как минимум!!!
