Каждая женщина – немного ведьма, только не все знают об этом. Елене Тихоновой, обыкновенной учительнице с проблемами на личном фронте, точно известно, что для того, чтобы стать настоящей ведьмой, ей нужно сделать всего один шаг – выполнить задание «Сообщества лояльных ведьм». Что она выберет – присоединиться к сообществу, и тем самым обрести бессмертие, возможность удовлетворения любого желания, власть над мужчинами, или…
Как была она, Ева, женщина,
из ребра мужнина сотворена,
так и останется до скончания века.
Л. Толстой «Крейцерова соната»
C недавних пор Елена начала всерьез задумываться о своей личной жизни. Ее последний вялотекущий роман закончился две недели назад таким же невзрачным объяснением. Олег Валерьевич, ведущий менеджер какой-то там торгово-закупочной компании, объяснил Елене Николаевне поутру, почему он больше не может обманывать ни ее, ни себя. Обычная история…«Неужели так трудно обойтись без дурацких объяснений! „Милая, мы не сможем быть вместе, потому что…“ Уж если так невмоготу – уйди просто, молча, с достоинством!» Лена зло взглянула на встречного, интеллигентного с виду прохожего. Он с удивлением посмотрел на нее из-под очков. И наверняка еще какое-то время размышлял о том, чем же он мог вызвать такую острую неприязнь незнакомой, очень привлекательной девушки с утомленным взглядом. Лена Тихонова, обыкновенная девушка с обыкновенной фамилией, преподавательница истории средней школы № 5 города Ханты-Мансийска, изрядно вымотанная уже за первую четверть, возвращалась домой после шести уроков и двух часов дополнительных занятий для наиболее отъявленных оболтусов из девятого и двух четвертых классов. Елена Николаевна Тихонова любила свою профессию, но черная полоса в ее двадцатипятилетней жизни слишком затянулась, и воспоминания о милых сердцу Пунических войнах и реформах Петра Первого вызывали легкую дрожь. Видимо, сделали свое дело бесконечные повторы, контрольные да перманентные двойки ее учеников, более чем легкомысленно относящихся к предмету.
В булочной она уронила на пол кошелек, вызвав недовольство толстенькой, уверенной в себе продавщицы, одобрительная улыбка мужчины средних лет и средних возможностей, открывшего перед ней дверь, вызвала только неприятное злое чувство. Наконец возле самого дома ее окатила октябрьской жижей промчавшаяся иномарка, и настроение испортилось окончательно.
Лена вошла в квартиру, бросила сумку на пол, стянула сапоги и погрузилась в сеанс «самоизлечивающей терапии». Поплакав минут десять, Елена Николаевна вдруг вспомнила, что не заглянула сегодня в почтовый ящик. Природная способность улучшать упавшее настроение любым доступным способом взяла вверх, и Лена спустилась на первый этаж в надежде получить легкомысленную весточку от кого-нибудь из многочисленных знакомых. Из-за отсутствия в квартире телефона, а может быть, благодаря редкой в наше время потребности в эпистолярном общении, она вела довольно обширную переписку с друзьями, родственниками, друзьями друзей и родственниками родственников.
Вот и теперь, помимо пары-тройки газет и кучи назойливых рекламных листовок в ящике нашлось нечто обнадеживающе объемное. Писем было даже два. Первое прислал Лене ее давний воздыхатель и самый долговременный протеже матери, Сережа Неволин. Она вздохнула и отложила его в сторонку, а вот второе письмецо было забавнее… Во-первых, конверт. Лишь профессиональное самообладание удержало полувосхищенную, полуиспуганную Елену Николаевну от восклицания. Конверт был черный. В прямом смысле слова – из черной бумаги отличного качества, с золотой вязью букв на лицевой стороне. Изящностью почерка неведомый отправитель вполне мог соперничать с лучшими каллиграфами прошлого. И что было как нельзя более уместно для такого конверта – на нем отсутствовали в принципе какие бы то ни было штемпели, марки и прочие частности. Лене вдруг захотелось бросить это дьявольски красивое послание куда-нибудь в огонь. Но… поскольку камина под рукой не оказалось, она решила пойти навстречу неведомому: достала ножницы и аккуратненько отрезала краешек. Содержание письма было под стать удивительному конверту:
